Спешившись возле своего дома, я заметил, как Степан уже спешит ко мне навстречу, словно всё это время высматривал наше возвращение.
— Баню-то протопили? — спросил я, разминая затёкшие от долгой езды ноги."
"— Начал уже, Егор Андреевич, — отозвался Степан, поглаживая морду лошади, которая благодарно фыркнула в ответ.
Я кивнул и, оглянувшись на подъезжающих мужиков, добавил:
— Хорошенько протопи баню, Степан. Мужики бы попарились сегодня. День выдался что надо, да и заслужили они.
Лицо Степана просветлело — он и сам любил попариться.
— Сделаем, барин, всё в лучшем виде, — ответил он, принимая поводья.
— Да квасу с водичкой намешаю на камне, чтобы дух хлебный был. Как вы любите. И веников приготовь, запарь, — добавил я, вспоминая ощущение свежих берёзовых листьев на разгорячённой коже.
— Всё сделаю, Егор Андреевич, не переживайте, — улыбнулся Степан, предвкушая хорошую парилку.
Он увёл лошадь к конюшне, что-то ласково приговаривая ей, а я остановился на мгновение, вдыхая вечерний воздух Уваровки.
Возле дома заметил Анфису — она несла большую корзину с овощами из погреба. Увидев меня, она остановилась, поправила выбившийся из-под платка локон.
— Анфиса! — позвал я её, подходя ближе.
— С возвращением, Егор Андреевич, — поклонилась она слегка, не выпуская из рук корзины. — Как там на лесопилке?
— Хорошо всё, — ответил я. — Слушай, Анфиса, нужно с бабами приготовить ужин. Чтоб у меня в светлице накрыли, человек на пятнадцать, не меньше.
— Всё сделаем, Егор Андреевич, — заверила она.
— Как раз пироги ставили, да щи томятся. А каши гречневой с салом наварим, знаю, что ваши мужики любят. И грибочков маринованных выставлю.
С этими словами, занесла корзину домой, а потом вышла и быстрым шагом направилась к дому Прасковьи — видать, решила, что там будет сподручней готовить на большую толпу.
Тут я увидел Ричарда, который выходил из хлева, куда коней поставили.
— Ричард! — позвал я его, подходя ближе.
Он обернулся.
— Как там Петька? — спросил я.
Лицо Ричарда стало серьёзнее.
— С ним всё хорошо, — заверил он. — Позавчера был там, осматривал его. Парень скоро вернётся к нормальной жизни.
Я с облегчением выдохнул.
— Швы заживают хорошо, — продолжал Ричард, поглаживая свою аккуратно подстриженную бородку. — Рёбра тоже вроде бы срастаются правильно. И плечом он уже тоже не мается, рука шевелится нормально. Но я сказал ему, чтобы с недельку ещё походил с рукой в повязке. Чтоб сильно не напрягал.
— Это правильно, — согласился я.
