Я взял трубку, присоединённую к бутылке, и дождался, пока жидкость сверху дотечёт до иглы, выдавив тем самым воздух, и не начнёт капать с кончика.
«Воздух в вене — это смерть», — вспомнил я предостережение из курса медицины.
Тут вспомнил я ещё одну немаловажную деталь и попросил, чтобы кто-то из слуг приготовил щепку, расколотую с краю, так, чтоб можно было слегка пережимать трубку.
— Вот так, — показал я пальцами, изображая ножницы, — чтобы можно было регулировать поток жидкости.
Молодой слуга кивнул и сорвался с места.
Не прошло и минуты, как он вернулся с несколькими щепками разного размера. Я выбрал самую подходящую и указал на нее пальцем — тонкую, но прочную, с аккуратно расщеплённым концом.
Ну что ж. Я смотрел на градоначальника и понимал, что тяни не тяни, а капельницу ставить придётся. На его бледном лице выступали капельки пота, губы потрескались от жара, а дыхание было частым и поверхностным. Время работало против нас.
Проверив ещё раз систему — бутылку с физраствором, трубки, иглу — я глубоко вздохнул и повернулся к больному:
— Ваше превосходительство, мне нужно будет ввести эту иглу вам в вену на руке.
Это поможет восстановить силы, которые отравление забрало.
Градоначальник слабо кивнул, его взгляд был мутным, но в нём всё ещё читалось понимание.
Взяв ремень, я перетянул руку градоначальника выше локтя, затягивая достаточно сильно, чтобы вены проступили, но не слишком, чтобы не перекрыть кровоток полностью.
— Пожалуйста, несколько раз сожмите и разожмите кулак, — попросил я.
Градоначальник с недоверием смотрел на подвешенную над ним бутылку и на иголку в моих руках, но просьбу выполнил. Вена на его руке проступила ещё отчётливее."
"— Что ты… что вы собираетесь делать? — спросил он хриплым от слабости голосом.
— Спасать вас, — просто ответил я. — Постарайтесь не дёргаться. Будет немного неприятно.
Тот лишь кивнул, прикрывая глаза, словно готовился к худшему.
Вокруг собрались несколько человек, затаив дыхание. Я почувствовал, как по спине побежал холодок — ответственность давила на плечи, словно тяжёлый груз.
Ведь от моих действий зависела человеческая жизнь.
Аккуратно прицелившись в вену, благо её хорошо было видно, я медленно, но уверенно ввёл иглу чётко в середину выступа. Градоначальник слегка вздрогнул и сжал зубы, но не издал ни звука.
Вроде бы вошла ровно посередине. Вена не «сыграла», не сместилась под давлением иглы. Показалась маленькая капелька крови — хороший знак, значит, я попал точно в вену.
