Восход. Солнцев. Книга I

Я скакал из стороны в сторону. Вот только длина и ширина кнутов все увеличивалась, и уходить больше не получалось. Удар в голову и еще один в живот. Меня крутануло в воздухе, и я мягко приземлился лицом в песок.

Еще один импульс пошел по моим каналам. Думал, что боли будет меньше. Ошибся. Если бы я мог говорить, то сейчас бы стонал, но просто кряхтел, как старый дед. В глазах посыпались звезды, уши заложило.

* * *Борис вспоминает, как пробудился его голос бога в другой жизни

Голос бога проснулся, когда мне было пятнадцать лет.

Мои постоянные вылазки в дальнюю пещеру к большим кристаллам дали свой результат. Там на меня напала рыжая ящерица, из-за чего я хромал.

Тогда сказал сам себе: «Да чтоб тебя, кровища! Остановись ты уже, наконец».

Мой голос был обычным, во всяком случае, мне так показалось. Ящерица откусила крупный кусок, почти до кости, и кровь все никак не останавливалась. Если бы я ничего не сделал, то просто бы подох.

Но после этих слов моя рана моментально покрылась корочкой.

Не описать, что я тогда испытал. Магическая способность у раба? Такого не случалось, во всяком случае, те, с кем я работал, об этом никогда не слышали.

Хоть мы и не разговаривали, но могли рисовать картинки, чтобы как-то разъясниться. Да и не просто какая-то магия, а магия слов в моем мире, она считалась самой сильной и редкой. Появлялась только у аристократов приближенных к королю."

"И вот случилось чудо! У оборванца-раба получилось использовать магию.

Я не знал, от чего она тогда подействовала, и пробыл в пещере с кристаллами почти неделю. Пытался и так и сяк, но больше у меня не вышло повторить.

Уже возвращаясь обратно к другим рабам, я мысленно сказал: «Как же достал этот ошейник, да чтобы ты свалился!». И через мгновение то, что сдерживало слова у раба, упало с моей шеи.

Я обрадовался, потому что если получилось два раза, то смогу и дальше использовать это волшебное умение. Была только проблема — вернуть ошейник на место.

Помогла оторванная ткань с рубахи.

С того дня я почти не работал и пропадал в пещере с кристаллами, тренируя свой голос. Еду больше не давали, и я голодал. Идти против меня никто не решился, за это время много кого отправил на перерождение. Но это мелочь по сравнению с тем, что я получил. Хорошо, что песчаные гусеницы по-прежнему водились и хоть как-то поддерживали во мне жизнь.

Я готовился раз и навсегда покинуть это проклятое место.