Возвращение Безумного Бога 3

Обезумевшие звери — и обычные, и мутировавшие — метались в панике, жалобно вопя. Но стоило им приблизиться к вздыбленному краю Пустоты, как гибкие отростки хватали их поперек тела и затягивали внутрь.

Больше никакого рева, воя и визга. Только глухой треск ломающихся костей, бульканье разрываемой плоти да шорох осыпающегося праха. А над всем этим кошмаром — громовой раскат обрушивающейся реальности. Даже небо сморщилось, как обожженная кожа, и начало стремительно темнеть. Солнце багровело на глазах, напоминая сочащийся кровью нарыв.

И вот тогда Бездна окончательно вырвалась на свободу! Из ослабевших духовных потоков хлынула концентрированная чернота, заливая землю чернильными потоками. Небосвод над головой треснул, словно разбитое стекло, и из щелей дождем посыпались струи ослепительно-белого пламени. Деревья начали стремительно гнить и оплывать, точно свечи. Распадались на глазах на вязкую слизь, в которой копошились полупрозрачные личинки.

В воздухе отчетливо запахло застарелой гнилью — душным, приторным запахом разложения.

Меня замутило, но я лишь стиснул зубы и усилил напор. Плевать, плевать на весь этот кошмар! Лишь бы вырваться, лишь бы спастись! Лишь бы не дать Лилии провалиться обратно в безумие!

Кажется, Разлом начал поддаваться. Вокруг воронки заплясали голубоватые всполохи, похожие на снопы искр. Нутро расщелины раздулось и запульсировало, будто в такт неслышному ритму. Края затрепетали и начали медленно-медленно расходиться в стороны. Багровый свет полыхнул из разверзающейся пасти… ну же… еще немного!

Из последних сил, я хлестнул по краям Разлома призрачными плетьми.

Те, извиваясь, обвили вывернутую плоть и дернули, раздирая ее в клочья. Преграда жалобно затрещала и, наконец, поддалась! Расщелина приоткрылась, обдав лицо жаром.

Отлично! Сейчас додавлю заразу!

Я усилил натиск, глядя на то, как Разлом наконец-то начал открываться. Но в этот момент за спиной раздался знакомый голос:

Я резко обернулся. Лилия стояла в нескольких шагах от меня, покачиваясь, словно от слабости.

Ее глаза были полны слез, а на лице застыла гримаса боли.

— Как же все до такого дошло? — прошептала она надтреснуто, — Я… я просто хотела любить тебя. Всем сердцем хотела. А в итоге…

Богиня всхлипнула и с видимым усилием сорвала с себя печать подчинения. Вслед за этим она одним движением руки развеяла и все остальные успокаивающие чары. Я недоуменно приподнял бровь. Не может быть! Она не должна была очнуться так быстро.