Возвращение Безумного Бога 3

И не было у нее столько сил, чтобы избавиться от моей магии. Что, черт возьми, происходит?

В этот момент глаза Лилии заволокла чернильная пелена. По белкам расползлись угольно-черные прожилки, радужка полыхнула нестерпимо-ярким светом. Я отшатнулся, интуитивно призывая покров.

— Для меня уже все кончено, — глухо произнесла богиня, глядя на меня в упор. В ее голосе звучала бесконечная, вселенская тоска, — Посмотри на меня внимательней, Эстро. Посмотри, во что я превратилась.

С этими словами Лилия указала на свои ноги.

Я скосил глаза вниз и похолодел. Прямо из-под земли, на которой стояла богиня, выступило небольшое озерцо чистейшей Бездны. Черная маслянистая жидкость пузырилась и подрагивала, словно живая. А над ней змеились толстые щупальца, сплетенные из той же чернильной субстанции.

Где-то я это уже видел…

Клубящиеся отростки взвились в воздух и принялись опутывать ноги Лилии, быстро поднимаясь выше. Богиня застонала сквозь зубы, но даже не попыталась отстраниться или защититься.

Она просто стояла, раскинув руки, и позволяла Бездне облеплять себя, точно вязкий дегтярный кокон.

Меня замутило от омерзения, когда чернильная масса добралась до лица девушки и принялась видоизменять его, словно податливый воск. Нос и рот вытянулись вперед, образовав хищную звериную морду, усеянную множеством мелких клыков. Уши заострились и сдвинулись к макушке, став похожими на лисьи. А за спиной богини с хрустом прорезались три длинных, покрытых склизкой жижей хвоста.

Не прошло и минуты, как передо мной предстало воистину жуткое существо — помесь человека, лисы и какой-то неземной твари. Ту Лилию, которую я знал, заменила сгустившаяся, воплотившаяся Бездна.

Та самая Чернильная Тварь, с которой я столкнулся в самом начале…

Существо глухо расхохоталось и одним плавным движением поднялось в воздух, зависнув в нескольких метрах над землей. Его когтистые лапы слабо подрагивали, а хвосты яростно хлестали по бокам.

— Посмотри же, Эстро! — провыла тварь голосом Лилии. Она приземлилась рядом со мной, показывая саму себя во всем ужасающем великолепии, — Посмотри, чем стала та, что когда-то была богиней природы и добра! Та, что отринула свою суть, осквернила себя, заполнив душу чернильной мерзостью! Та, чьи страсти и пороки низвергли ее на самое дно!

Монстр умолк и уставился на меня пылающим взором, в котором плескалось безумие вперемешку с отчаянием.