Возвышение Меркурия. Книга 12 (СИ)

Сама процедура много времени не заняла — пара минут и в разуме Оболенского возникла божественная печать, а сам он, заявив, что особо ничего не изменилось, опрокинул ещё один бокал вина.

Дальше мы отдыхали. Действовать всё равно было нельзя — мой каркас всё ещё восстанавливался, да и остальные после боя были изрядно вымотаны. Потому я ограничился контролем ситуации и отдачей распоряжений при помощи дарфона.

Египетский паша, в дворце которого мы сейчас находились, любезно предоставил нам целое крыло, чем мы и воспользовались после пары часов отдыха в бассейне.

Правда не обнаружили еды, но эту проблему решил Сандал, притащив блюд с кухни ближайшего ресторана и оставив им в оплату немного золота. Едва ли не поклявшись, что воровал его не у паши и вообще, раньше оно принадлежало нехорошему человеку.

Оболенский охотно делился родовыми секретами — и про амброзию, и про характер своей силы, и про родовую башню. Он упоминал всё это и во время первой беседы, но сейчас излагал куда детальнее.

В какой-то момент, к общему веселью присоединился Гифер.

Сначала с несколько настороженной миной, но после нескольких бутылок вина, разбавленных той самой амброзией, титан изрядно повеселел и принялся отпускать шутки про эллинов и диких варваров. Периодически добавляя, что не относит к последним римлян.

Когда запасы амброзии подошли к концу, мы снова вернулись в бассейн, куда Оболенский притащил пару милых египтянок. В ответ на вопрос о том, откуда они взялись, переадресовал меня к Сандалу. А сами девы, едва ли не хором заявили, что желают остаться и делают это полностью по доброй воле.

Я вроде бы всё отлично помнил. Вплоть до момента, когда в очередной раз проверив дарфон, рухнул на постель и провалился в сон.

Но проснувшись, я обнаружил в кровати элемент, которого вчера вечером точно не было. Если быть ещё более точным — почувствовал. Сложно не заметить того факта, что на твоей груди тихо сопит обнажённая женщина.

Открыв глаза, я сразу же уткнулся взглядом в золотые волосы. Надежда на то, что это одна из тех египтянок, которых к концу вечера стало куда больше десяти, не оправдались.

На мне разлеглась океанская богиня.

Правда, я совершенно не помнил, как она появилась. Потому как спать я точно ложился один.

Стоило мне шевельнуться, как та заёрзала, устраиваясь поудобнее. А в ответ на вторую попытку приоткрыла один глаз и сонно заявила.

— Ты можешь лежать спокойно? Неудобно же.

Подтянулась повыше, улёгшись на мой корпус грудью и снова смежила веки.