Возвышение Меркурия. Книга 15 (СИ)

Бросил взгляд на Оболенского, который с задумчивым видом сидел в кресле напротив. Настолько глубоко погрузился в размышления, что потягивал кофе вместо привычного ему вина. Похоже вопросы взаимоотношения с противоположным полом, волновали князя куда больше, чем судьба мира.

За окном уже было темно, разум изрядно вымотался, а мне предстоял визит к Шуйскому. Который наверняка уже давно меня ждал.

Когда я встал, Ратибор лишь скользнул по мне безразличным взглядом, да отсалютовал чашкой кофе. Правда, когда я проходил мимо его кресла, неожиданно встрепенулся.

— Представляешь, Сиятельство, они обе согласились. И вроде как я могу обеих взять. Только вот, оно мне надо?

Речь явно шла про османок. А судя по оттенкам разума, готового ответа на этот вопрос у патриция не было. Как и какой-то определённой версии, к которой он бы склонялся.

Конкретики он от меня точно не ждал — сразу же вновь уставился на столешницу, буравя ту тяжелым взглядом. Я же двинулся к выходу, где практически столкнулся с золотоволосым хаосом.

Вокруг шеи обвились руки девы, а сама она, одетая в лёгкий халат, прижалась всем телом. Потом отстранилась, заглядывая мне в глаза.

— Ты нашёл лекарство, хотя для этого, казалось не было никаких шансов. И спас мою жизнь. Спасибо.

— Пришлось немного постараться.

На лице океанской богини блеснула весёлая ирония.

— Немного? Всего-то за сутки вскрыть тайную организацию, выпотрошить память их лидеров и выяснить рецептуру лекарства.

Заметив удивление в моих глазах, она пожала плечами.

— Наткнулась на Прохора, пока искала тебя. Он всё рассказал.

Я кивнул, а она скользнула пальцами правой руки по моей груди, опуская их ниже.

— Знаешь, я ещё не до конца пришла в себя, но внезапно поняла, что совсем не против порезвиться в постели.

Ответить на внезапное предложение я не успел — в коридоре за её спиной появилась Кристина, сразу же застывшая на месте. Судя по оттенкам сознания и опустившимся бровям, эмоции дева испытывала не самые прекрасные.

Найхва чуть повернула голову в сторону, тоже почувствовав её появление.

— И эту смертную можем взять, если согласится. Пусть расслабится, а то ходит напряжённая, как струна.

Я кашлянул, скрывая удивление. Похоже концепция моногамности в мире океанской богини, не прижилась. Или она считала себя настолько выше иных, что не опасалась конкуренции.

Предложение было заманчивым.