Возвышение Меркурия. Книга 15 (СИ)

Когда сможете её повторить, тогда открою портал и мы двинемся в усадьбу.

Вот теперь они обменялись взглядами. Потом разом посмотрели на меня и стало чуть неуютно. Похоже им не слишком понравился намёк на то, что справиться с первой попытки не выйдет.

Набор схем из которых состоял комплекс я отправил сразу же, установив каналы связи с каждой из них. Концепция защиты от силы Кроноса была элементарна — исключить своё собственное тело из общего временного потока. Влиять на хронопространство окружающего мира не могли даже боги, но зато они были в состоянии управлять своими оболочками.

В случае с Найхвой, я был уверен в успехе. У неё было всё необходимое — достаточный объём силы, «искра» и божественная оболочка. В Кристине, если честно, несколько сомневался. Безусловно, дева тоже располагала солидным объёмом силы, но божественная мощь в ней присутствовала только в виде моей печати на разуме. Не самый надёжный вариант.

Тем не менее рыжеволосая справилась. Уже третья попытка оказалась успешной — тело подёрнулось энергетической рябью. Теперь оно находилось в изолированном хронопотоке. В плане течения времени, он полностью совпадал с общим — не располагая особыми способностями, невозможно управлять такой тонкой субстанцией, как время. Но зато была полностью исключена вероятность внешнего воздействия.

Ещё раз проверив состояние обеих дев, я применил комбинацию на самом себе и потянулся к своей печати в разуме Шуйского, открывая проход в крепость.

Впрочем, к моменту, когда я занёс ногу, шагнув в переход, дракон уже показался из стены. А вот я очутился в одном из из залов крепости. Открыл было рот, чтобы поприветствовать Шуйского, который стоял в нескольких метрах от меня. Но сразу же закрыл его, заметив одну примечательную деталь — князь не двигался.

При этом он был жив и не обратился в камень. Просто выпал из времени, замерев в моменте начатого движения и не продолжив его. Будь воздействие физическим, давно бы свалился на пол. Да и мышцы бы затекли. Но сила Кроноса работала иначе — останавливалось само время. В теории, патриций мог провести в таком состоянии целые века и отмереть совсем в ином месте, куда его бы перенесли. Тогда как для самого Симеона не прошло бы и секунды.