Возвышение Меркурия. Книга 16 (СИ)

Внутри такой можно многое разместить — и арсенал, и небольшую личную армию, и запасы провизии на несколько лет вперёд, если придётся пережидать осаду.

Пробивать переход внутрь я не стал — было бы неловко выжечь артефакторную защиту постройки и разрушить её оборонительные контуры, которые наверняка попытались бы предотвратить появление портала.

Князь встретил меня лично. В пыльном холле, полностью лишённом мебели. Остановившись, Мьёльнир задумчиво осмотрел помещение и шаркнул лапой, проделывая полосу в толстом слое пыли, который покрывал каменный пол.

— Ты это брось. Знаешь, как её сложно вот идеально разровнять по поверхности?

Каменный ёж скептически хмыкнул, но комментировать слова князя не стал. Я же двинулся вслед за патрицием, который уже шагал к лестнице. От кавалергарда ощутимо тянуло спиртным, а поднимался он настолько быстро, что уточнить о чём именно сейчас пойдёт беседа, было невозможно.

Заговорил Ратибор только после того, как мы оказались на третьем этаже, добравшись до чистой гостиной, в одном из кресел которой расположился Алвин.

— Про что, я значит поговорить хотел. У нас тут между делом тема про Древо зашла. И знаешь, Сиятельство, интересные Алвин вещи рассказывает.

Я вопросительно глянул на кавалергарда и тот продолжил.

— Говорит, нет у них таких вот миров, скопированных друг с друга. Не бывает. Похожие ещё могут иметься, если создатели не любят забивать себе голову.

Информации вроде бы стало больше, но суть от этого, понятнее не стала.

— И к чему ты это всё?

Оболенский бросил быстрый взгляд на Алвина и тот начал говорить, выдавая тембром состояние некоторого опьянения.

— Был в этой части Древа один бог из молодых. Рассеном его звали. Вроде бы сначала жрецом Матери Снов подвизался, потом оказался среди её свиты, а затем как-то избавился от клятвы служения и ушёл в свободное плавание.

Сделав глоток из серебряного кубка, украшенного резьбой, продолжил.

— Она зла на него была до крайности. Да и остальные не жаловали. Из-за этого у Рассена появилась навязчивая идея отделиться от Древа. Создать что-то своё. Отдельное. Где кроме него не будет ни единой сущности подобной силы.

А вот это уже было интересно. Потому я опустился в свободное кресло, стоявшее сбоку от стола и поинтересовался.