Вперед в прошлое 12

Я постучал в ванную и проговорил:

— Натка, чисто, выходи.

Сестрица выглянула, убедилась, что опасности нет, и отправилась на свой диванчик, как на эшафот. Неспеша расстелила его, улеглась поверх одеяла в одежде и проговорила, бездумно глядя в потолок:

— Я теперь отлично сыграю Маргариту. Потому что я, как она. Разница только в том, что сейчас медицина помогает… э-э-э… справиться с такими проблемами.

— Ты уже решила? — по возможности равнодушно спросил я.

Наташка будто не слышала меня.

— Говорят, что в «Фаусте» реальная история… Да сто пудов она реальная! Потому что тогда, если залетишь — все, позор, клеймо на всю жизнь.

А сейчас хорошо, сейчас не так. Но все равно я чувствую себя, как она в тюрьме, когда… ну, ты понял. И понимает, что нет ей оправдания. А Фауст козел. Сунул, вынул и бежать, никакого спроса с него. Несправедливо. Цель у него, видите ли. А два человека — не цель? Мелковатая будет, можно ими пожертвовать. Всю книгу ждала, что его за это черти в ад утащат. Не дождалась. Обидно.

— Кто бы что ни говорил, мы живем в отличное время. — Я перешел на шепот: — Что бы ты ни решила, никто не будет тебя преследовать.

— Кроме совести, — скривилась Наташка. — Или потерянных возможностей. Вот как выбрать, а?

— Давай потом. Мама может подслушивать.

Натка кивнула и отвернулась к стене, пробормотала сквозь слезы:

— Даже своего уголка нет, чтобы пореветь.

— Будет.

Я еще раз погладил ее по голове, пожелал спокойной ночи и удалился. Засыпая, думал о том, что сестрице предстоят три адских дня ожидания.

Только улегся и приготовился спать, как зазвонил телефон. Чтобы он не разбудил родителей, я пулей рванул отвечать.

— Привет, это Лика, — проговорила Лялина и смолкла.

— Что-то случилось? — Я приготовился к худшему.

Лика не стала тянуть:

— Я не знаю, как сказать… маму выписывают в воскресенье. Вот и все. Приходи в три дня.

— Фу-ух, я уж надумал себе всякого. Камень с плеч! Давай я завтра вечером, часов в восемь-девять заеду, обговорим, как ее красиво забрать. Кстати, как там дракон? Не улетел?

Последовал протяжный вздох.

— Сидит… на яйцах. Я не знаю, что это будет. Мама с малой приедут, бабушка из Омска, а он там. Вот как его выгнать?

— Вместе и подумаем, — зевнул я, понимая, что это может вылиться в грандиозное противостояние.

Насыщенный выдастся денек! Засыпая, я старался думать о приятном. Но мысли перескакивали то на Наташку, которую было безумно жаль, то на таинственную сущность, с которой я разговаривал во сне.