И интернета нет, чтобы узнать прогноз погоды. Если хлынет, это будет подлость мироздания: черешня начнет усиленно гнить, и треть товара точно не доедет до Москвы. Надеюсь, Васильевку непогода обойдет стороной, как частенько бывало раньше.
Глава 8
У меня всегда есть план!
Выяснив все, что мне было нужно, я рванул к молу мимо редких торговцев, мимо дерущихся беспризорников и панков, орущих под гитару — «Дедушка Ленин отличный был вождь». Надо же, проснулись уже, а ведь утро, еще десяти, наверное, нет.
Сперва — искупаться.
Но мое купальное место было занято. Худенькая девушка бросала хлеб в море, где собралось несметное множество чаек. Какие-то покачивались на волнах, какие-то кружили и с криком бросались в воду за лакомством. Девушка повернулась, поправляя растрепанную копну волос, и показалась мне знакомой. Тонкая, звонкая, похожая на побег тростника… Лена, которую я отбил у цыган.
Встретившись со мной взглядом, она меня сперва не узнала, и я собрался ретироваться, но ее лицо прояснилось, расцвела улыбка, девушка помахала рукой.
— Привет!
Пришлось подходить, здороваться.
— Ты тут живешь неподалеку? — поинтересовалась она.
— Нет, я тут с сестрой на рыбалке. А ты?
— Тоже нет, живу на съемной квартире. Поступать приехала. На фельдшера.
— И как успехи? Говорят, туда сложно поступить, — вспомнил я жалобы одноклассниц, что валят бесплатников, а чтобы туда просунуться, на лапу следовало дать восемьсот долларов — столько стоила коммуналка в промзоне.
— Экзамены в июле, — сказала Лена.
— Готовлюсь. Думаю, что получится, зря что ли весь год зубрила.
— Сейчас сложно без взятки.
Девушка переломила буханку серого хлеба, половину отдала мне, и мы стали кормить птиц вдвоем. Чайки оживились, заметались над нами.
— Если поступлю бесплатно, отец купит мне мотоцикл! — похвасталась она.
«Хороший отец, — подумал я. — Раз может такое себе позволить». По ней видно, что состоятельная: стильный льняной брючный костюм, кроссовки не стоптанные, золотая цепочка на шее, браслет тоже вроде бы золотой.
Сейчас опасно ходить по улице с такими украшениями.
— Он бизнесмен, — уточнила она. — Возит всякое из Турции. А в Турцию — металл.
— Будущий олигарх, — констатировал я и додумал: «Если доживет». — Фамилия его как?
Вдруг и правда передо мной дочь будущего владельца заводов, газет, пароходов?
— Костаки. Греки мы.
Что-то знакомое, где-то эта фамилия мелькала, но достать информацию из-под напластований времени не получилось — уж очень давно я ее слышал.
