"
"Я подбежал к седьмому вагону, пожал руку Толику, спустившемуся по крутой лестнице, пропустил сумчатых людей. Подал руку маме, забирая сумку с, вероятно, кофе. Потом помог ей спуститься, и мы обнялись, чего никогда не делали в прошлой жизни. Тетя Ира помахала мне из вагона.
Усталая и красноглазая, мама выглядела гораздо лучше, чем когда отец жил с нами.
— Мамочка, поздравляю тебя с новым рождением, — проговорил я, подхватил сумки.
Мама повела плечами, огляделась; запрокинув голову, улыбнулась чирикающим стрижам.
— Как же здорово жить! Жаль, что я этого не понимала раньше!
— Еще не поздно, — ответил я, заряжаясь ее радостью. — Тебе всего тридцать шесть! Вся жизнь впереди.
— Да где уж вся! Половина — да, — прошептала она, все так же улыбаясь.
— Этого достаточно. Ведь ты поняла то, что до большинства людей доходит перед смертью.
— Знаешь, что мне хочется? — выдохнула она с подростковым запалом. — На море с палаткой! Разводить костер и купаться ночью!
— Слушать цикад, потом — сверчков и треск костра, — поддержал ее я.
— М-м-м, бесценно! Обязательно надо устроить! И деда пригласить. В конце июля так и сделаем. А пока надо поработать. Подожди.
Я обернулся к Толику, считая, что он главный в тандеме с тетей Ирой.
— Дядь Толик. Скажите только честно, сколько стоит передать в Москву посылку весом в тридцать килограммов.
Он посмотрел пристально и махнул рукой.
— Нисколько. Тебе — нисколько, не чужие ведь люди.
Я отлично знал, что вот так по-родственному помогать можно до поры до времени. Потом родственники потеряют интерес, после и вовсе начнут избегать ответственности и напряга. Потому все должны быть заинтересованными.
— А если один мой друг захочет передать? — не унимался я.
— Две тысячи, — ответил он, не понимая, куда я клоню.
Тогда я вытащил деньги из рюкзака и протянул ему. Он зыркнул на Ирину и отвел мою руку.
— Обижусь.
Я вздохнули объяснил:
— Огромное спасибо за помощь!
— Да, спасибо, — кивнула мама.
Я продолжил:
— Но сейчас уже все хорошо. У вас с тетей Ирой свой бизнес, у меня свой. И будет справедливо оплачивать ваш труд, чтобы вы не теряли деньги. Поэтому возьмите, или обижусь я.
Толик вел себя непреклонно, но в глазах начали мелькать значки долларов. Я усилил натиск:
— Бабушка наверняка говорила, что мы будем отправлять товар ежедневно, и вашим коллегам нужно платить.
