Наверное, вид я имел такой обескураженный, что женщина с кофтами сказала:
— Мальчик, ты ищешь парня, который тут стоял?
— Да, — машинально ответил я, не рассчитывая, что ей известно, где он.
Глава 27
Мир
— Его по «скорой» увезли, — сказала продавщица вязаных вещей.
Меня захватил вихрь эмоций: облегчение, что Влад не оказался сволочью, тревога за его жизнь, желание мчаться на выручку, ведь если приехала «скорая», дела у него плохи.
— Что с ним? — Я повернулся к женщине.
Она пожала плечами.
— Стал задыхаться, посинел, начал сознание терять.
Тут вот, возле него, — женщина кивнула на груду картона, — старушка продавала кур и домашние яйца, вызвала ему скорую.
— Давно? — спросил я, вспоминая, как Влад кашлял.
Да он больной на работу поперся! С пневмонией или бронхитом. И румянец на его щеках — от температуры, а не потому, что Влад наконец получил теплые вещи и согрелся.
— Около часа назад. Старушка эта собрала его коробки, остатки товара, тележку и укатила.
Черт с ней, с тележкой!
— Они с той бабкой так мило беседовали, — продолжила женщина, виновато скосила глаза, — что я подумала, они заодно, не стала ее останавливать.
Ага, подумала она. Бабка оказалась нечистой на руку, прикарманила чужое, а эта просто не захотела ввязываться в ссору из-за незнакомого парня, ну и ладно. Хреново, что у Влада на фоне пневмонии мог начаться отек легких, а это зачастую смертельное осложнение. Вспомнился ковид, от которого народ умирал пачками.
— Вы местная? — спросил я, торговка кивнула. — Где тут ближайшая пульмонология?
— Пульмо… что?
— Больница, где легочников лечат, — объяснил я.
— Недалеко от Новогиреево есть больница имени Мухина. Этот парень — твой родственник?
— Да, — ответил я, не говорить же, что Влад — очередной потерпевший на мою голову, и зашагал к телефону-автомату, чтобы в справочной узнать номер приемного отделения и выяснить, в этой ли больнице Влад.
Пока шел, осмыслил, что меня больше не деньги волнуют, которые я, скорее всего, потерял, а состояние Влада.
Вот оно мне надо? Очередной беспомощный взрослый.
Какое мне дело до него?
Запрокинув голову, я прищурился на солнце. Во-первых, мне теперь до всего есть дело, во-вторых, жизнь Влада — возможно, плюс день на таймере или даже плюс месяц. А еще я был благодарен ему за то, что он не кинул меня, когда мог. Хороших людей все-таки больше, и даже в такое время они остаются людьми, только из-за этого стоит его вытащить. Ведь если пройти мимо, он покатился по наклонной и снова угодит в тюрьму.
