Донеслось:
— Па! Подожди! Па!"
"Только бы не начал матери гадить и провоцировать отчима, который ему не нравится настолько, что он аж шипеть начинает. Смотреть, что там у них и как, я не стал, вернулся за стол, доел торт.
— Ушел? — спросила мама из зала.
— Вроде бы да, — ответил я.
Накинув халат, мама вышла из спальни, закрыла входную дверь на защелку и привалилась к ней спиной, говоря:
— Господи, я думала, они убьют друг друга! Спасибо Васе, не поддался на провокацию. — Мама посмотрела на меня и задала риторический вопрос: — Вот что ему надо? Почему не отстанет, а?
Я попытался объяснить:
— Он считает этот дом своим и бесится, что тут появился новый хозяин.
— Хоть бы раз алименты за четыре месяца заплатил! — пожаловалась мама. — А права качает!
— Ты подала на алименты? — уточнил я.
— Нет, — ответила она. — Но тут же его дети! А если бы нам было нечего есть? Сначала хотела, а потом подумала и решила, что не надо быть обязанной. Выкрутимся.
— Это правильно, — кивнул я.
Вернулся Боря, бросил на маму виноватый взгляд, а она побежала его поздравлять, принесла коробку.
Боря открыл ее, кисло улыбнулся и проговорил:
— Столько трусов и носков у меня отродясь не было.
Мама засмеялась вместо того, чтобы обидеться.
— Отец тоже подарил трусы и носки? Ты посмотри внимательно, там на дне есть кое-что еще.
Брат отошел в сторону и под носками обнаружил пять тысяч, просиял, пошелестел купюрами. Хотелось добавить: «Моя пре-елесть» — но пока эту шутку не оценят.
— Теперь мне точно хватит! — радостно сказал он.
По дороге в школу я мысленно подводил итоги недели: она выдалась пустой, если не считать несколько событий: к нам на тренировку пришел Олег, великий мастер кунг-фу, и дед купил себе «Москвич» и сразу же загнал его на ремонт, чтобы не подвел в далекой поездке. Пока машина ремонтировалась и было немного времени, дед пообещал наведаться на Черкизон и набрать товар и подарки по списку.
Как и запланировал, в среду я с Лидией сходил в органы опеки, но — вхолостую.
Начальница была на больничном, а с замами я не рискнул обсуждать такой деликатный вопрос. Похоже, это затянувшееся дело придется отложить до следующего года.
Что касается Олега и кунг-фу, давно я не испытывал такого испанского и немного — русского стыда. Здоровенный детина, роста в котором чуть меньше двух метров, бородатый и патлатый, сорока пяти лет от роду шипел, ревел и корячился, изображая вместо разминки разные стойки.
