Увидев меня, замер удивленно, словно пытался понять, не привидение ли я?
— Добрый день, синьор! — поздоровался я на испанском языке.
— Салют, камрад (товарищ)! — вскинув в приветствии руку со сжатым кулаком, ответил он радостно, потому что фантастическое предположение не оправдалось.
— Салют! — повторил я жест и слова. — Приехал помочь вашему делу. Зашел к тебе утолить жажду. Деньги на прилавке.
— Какие деньги⁈ — с веселым возмущением воскликнул он. — Пей, сколько хочешь! Раз ты наш друг, тебе всё бесплатно!
У испанцев нет промежуточных отношений между людьми.
Или друзья, или враги. Любой населенный пункт делится по горизонтали на социальные слои и по вертикали на родственные и прочие связи, разбитые в свою очередь на группы, которые дружат друг против друга, перетасовываясь время от времени.
— Ты откуда, камрад? — спросил трактирщик.
— Из Швейцарии, Женева, — ответил я.
— О-о, это очень далеко! — поморщив узкий лоб, сделал он вывод.
Сомневаюсь, что он знает, где находится Швейцария, не говоря уже о Женеве.
— Ты на чем приехал? — поинтересовался хозяин трактира.
— От границы шел пешком, — сообщил я.
— В такую жару⁈ — воскликнул он. — Надо было подождать кого-нибудь! Хотя в ту сторону мы редко теперь ездим с тех пор, как выгнали во Францию наших помещиков и священников. Они нам больше не нужны! Пусть сидят на шее у лягушатников!
Вопрос веры — дело такое: сегодня да, завтра нет. Страны, более кондовой в религиозном плане, чем Испания, я не знал. Только у них инквизиция была естественной частью общества.
И вдруг все стали атеистами, а иезуитов и вовсе поубивали.
— Мы теперь сами распоряжаемся землей. Организовали кооператив, вместе решаем, что и когда сеять, как распределить урожай, — продолжил рассказывать хозяин таверны, хотя, подозреваю, не знает, с какой стороны к плугу подходить.
Поняв, что говорить он будет бесконечно, успел вставить между фразами:
— Как мне добраться в Барселону?
— На поезде из Фигераса, — ответил он и, шлепнув одну ладонь о другую, воскликнул: — Чёрт побери! Тебе же надо доехать туда до отправления поезда! Сейчаспошлю сына, чтобы сказал Ренато, что есть попутчик до станции.
Он тебя мигом довезет! И тут же заорал: — Хончо (сокращенно от Альфонсо)! Беги к дяде Ренато! Скажи, чтобы заехал сюда, забрал… — он запнулся и сказал спокойно: — Забыл, откуда ты?
— Из Швейцарии, — напомнил я.
— Чтобы забрал революционера из Швейцарии! — продолжил орать трактирщик.
