Второе дыхание (СИ)

После порции хинкали, цыплёнка на углях, а, главное, двух кружек светлого нефильтрованного, стало заметно, что братишку явно попустило. Он перестал сверкать глазами, гоготать, суетиться и беспрестанно тараторить, перескакивая с одного на другое.

Артём уже понял, что сейчас устаёт ещё сильнее, чем от работы. Он бесконечно далек от этой части кровных родственников. Ему сложно уследить за происходящим в семье отца, у Влада в офисе, у их общих знакомых на даче и у деда по отцовской линии в деревне где-то за Уралом.

Да и не интересно.

А, когда младший длинно выдохнул и уткнул нос в пену, венчающую третью кружку, совсем расслабился, потягивая вполне приличный молочный улун:

— Чего стряслось? Не в вашей богадельне, не у наших общих родственников, а у тебя лично, о, юный падаван?

Влад отвёл глаза, потом поёжился, потом тяжело вздохнул и выдал такое, что Артём прилично удивился размеру призмы, искажающей реальность, которая, похоже, установлена у отца вместо стёкол в очках:

— Вы с Ульяной разводитесь, да? Поэтому ты здесь, а она с детьми и тётей Ариной на морях?

Пока мозги собирались в кучу и генерировали достойный ответ, Влад настороженно продолжал:

— Я писал Полине, спросил, чего лучше купить девчонкам, чтобы передать с тобой.

Она, конечно, посоветовала, но сказала, что сейчас можно не пороть горячку, так как никого из них нет в городе. Я спросил папу, он ничего не знал. А потом мама звонила тёте Арине. Та сказала, что в роуминге, но, видимо, что-то сказала ещё, потому что мама позвонила мне и рычала. Но толком так ничего и не объяснила.

— Нечего объяснять, потому что. Девочкам пришлось уехать сейчас, так как путёвка была куплена ещё зимой, а срочный проект на меня свалился в мае, и перенести всё это уже было нереально.

— Конечно, — неожиданно младший зло резанул его взглядом и упёрся им в окно, — все сначала так говорят, а потом — «попил водички, собрал вещички и досвидос», знаю я вот это вот всё.

— Влад, выдохни! Сейчас.

Нет, у нас не только речь об этом не идёт, но мы даже скорее в другую сторону склоняемся…

— Четвёртую чертовку хотите? — искренний, какой-то детский восторг зажёг глаза, до этого затянувшиеся дымкой горькой печали.

Артём вздрогнул. На эту тему они с Улей договаривались ещё до свадьбы: детей у них по плану трое. План они выполнили. Этот.

— Вообще-то, мы хотели венчаться, — положил в чашку кубик сахара, хотя, улун предпочитал без добавок.