Как только они стали не нужны, о них забыли. Ничего удивительного в этом не было. Власть всегда являлась сама по себе системой сдерживаний и противовесов. А уж если ты правишь страной, где несколько спектров магических искусств, то приходится балансировать, приближая к себе представителей тех или иных спектров. Однако же это не означало, что отправленные в отставку должны были погибнуть в забвении, безвестности и быть отдалены от Двора и всяких рычагов влияния. Сейчас же происходило примерно это.
Княгиня вполуха слушала заседание, пока её сознание не зацепилось за фразу светлого магистра:
— Для дальнейшего развития направления нам необходимо получить алхимические реагенты из одного могильника, оставленного в результате Столетней войны и запечатанного нашими архимагами спектра тёмных.
Заседание загомонило, обсуждая правомочность вскрытия подобных могильников, запечатанных ещё сто лет назад их предшественниками. Однако же резких окриков или протестов не последовало. Потому пришлось вмешиваться самой Елизавете Ольгердовне:
— Ну-ну, попробуйте вскрыть.
Взгляд княгини прожигал докладчика из рода Светловых, высокого мужчину с лицом фанатика, в белых одеждах с золотым деревом на пряжке.
«Кто бы сомневался, — скептически подумала та. — Вечные прихвостни Ордена, обладающие обратным спектром силы проклятий — благословлениями».
Ежели Елизавете Ольгердовне не изменяла память, а она ей не изменяла, именно эти скоты наложили на неё благословения, от которых она мучилась последние несколько десятков лет.
— Вы, Елизавета Ольгердовна, прежде чем критиковать наше предложение, лучше бы помогли и рассказали о системе защиты могильников, раз уж вы почтили нас своим вниманием.
— А вы попросите Патриарха вашего рода сходить вместе с вами в могильник. Он в курсе, какие накладывались там защитные чары. А лучше подумайте, за что он собрался отправить вас на вскрытие могильника. Уж не перешли ли вы ему дорогу, не захотел ли он сменить Главного Волшебника в роду?
О, этот непередаваемый взгляд, которым её почтил Светлов.
