Передо мной поставили махонькую рюмочку, в которую налили клюквенной наливки. Я вдохнул аромат и буквально почувствовал запах ягод, разогретых солнцем и одурманивающе пахнущих лесом. Сам не понял, как опрокинул рюмашку и просто растёкся в блаженстве на стуле.
— Эту вещь надо запатентовать и продавать. Она просто с одной рюмки уносит в неведомые дали!
— Вот и Прохор так говорит, — махнула рукой Алевтина, польщённая моей похвалой. — Только у него, у обормота, неведомые дали обычно на сеновале в химерне заканчиваются или в винном погребе в поисках добавки!
Лишь сказав последнюю фразу, она испуганно умолкла и даже прикрыла рот ладошкой, поняв, что сказала лишнего.
Я же решил не акцентировать на этом внимание:
— Алевтина, не спорь. Надо патентовать. Заводик тебе поставим по выпуску наливочки, разбогатеешь, домик себе с Прохором прикупите. Будешь вся такая важная, — расписывал я перспективы
— Боги с вами, Юрий Викторович! — испуганно взглянула на меня она.
— Неужто вы выгоняете нас с Прохором после стольких лет верной службы?
— Алевтина, типун тебе на язык! Выбрось такие дурные мысли из головы. Ты что? Я же, напротив, хотел вам жизнь другую показать.
— Да какая нам жизнь? Наша жизнь — с вами связана, — прижала к груди белоснежный передник женщина. — Хотите, я вам рецепт дам? Буду присматривать и рецептуру проверять, коли уж вам не терпится цех подобный запустить по разливу. А не хотите — так буду вас радовать.
Я подумал, подумал и решил: раз уж так упирается, то, пожалуй, как-нибудь попозже вернусь к этому вопросу. Надо бы сперва ещё с Прохором поговорить. А пока я попросил налить ещё одну рюмочку и принялся за солянку.
Съев выделенную мне порцию, я откинулся на спинку стула, поглаживая раздавшийся живот.
— Всё, больше не могу. Накормили до умопомрачения. Теперь можно и за дело взяться.
— Какие дела, ваше сиятельство? Уже за полночь перевалило. Может, отдохнуть бы вам? Сколько вы спали-то после того бала? Вестимо, и глаз не сомкнули, — квохтала не хуже наседки Алевтина, убирая посуду со стола.
— Я и не сомкну, пока долги не раздам.
— Какие долги, ваше сиятельство? — обеспокоилась кухарка.
— Помнишь, мы с тобой про запас мороженого говорили?
— Как не помнить, ваше сиятельство. Я теперь ежедневно порции с разными вкусами складирую. Отдельный морозильный ларь под это дело выделила, всё, как вы приказали.
