— И сколько нынче накопилось у нас?
Алевтина легко соскользнула со стула и принялась шуршать в одном из морозильных ларей, загибая пальцы и что-то бормоча себе под нос. Спустя минуту она обернулась и сказала:"
"— На сегодня у нас с вами недельный запас имеется, и весь с разными вкусами. Старалась делать брикетами килограммов по пять, а посему имеем на данный момент тридцать пять килограммов мороженого лакомства. Один даже персиковый удалось сделать. Правда, персиков было мало, и перерабатывали их после того, как часть подпортилась.
Свежие на стол княжеский подавались.
— Это ты ловко придумала, — кивнул я. — Возьму-ка я, пожалуй, пару брикетов да долги пойду раздавать. А то, чувствую, скоро мой главный помощник забастовку устроит, помогать откажется.
— Да кто же вашему сиятельству откажется помогать? Разве есть такие строптивцы? — уперла руки в боки Алевтина. — Вы нам с Прохором-то скажите, мы им вмиг мозги-то вправим!
Я представил, как Алевтина с Прохором читают нотации Гору и невольно рассмеялся.
— Благодарю за заботу, но тут сам справлюсь. Да и слово держать надо, — улыбнулся я.
— Какие вкусы вам подать?
— А какие есть?
— Яблочное есть, грушевое, вишнёвое. Опять же персик. Есть земляника и клубника.
— Ух, давай тогда персиковое и вишнёвое, — кивнул я.
Мне выдали два ящичка, в которых было залито мороженое, и внутри каждого торчало по ложке.
Подхватив два пятикилограммовых брикета, я отправился прочь с кухни, но уже на входе обернулся и ещё раз поблагодарил Алевтину за вкуснейший ужин и за компанию.
Доброе слово оно ведь приятно всем, особенно, когда оно заслуженное.
А дальше мой путь лежал в гости к Гору. На самом деле ситуация у нас с ним сложилась несколько парадоксальная. Кроме того, что я ему должен был прилично мороженого, мне необходимо было решить вопрос с его запечатыванием. Для этого нужна была княгиня, но когда я предложил ему подобный вариант, то отчего-то не встретил никакого энтузиазма. И посему решил прояснить для себя этот вопрос сегодня.
Моё появление в собственном Ничто было удостоено пренебрежительного взгляда. Гор лежал, опустив голову на служенные накрест лапы, и демонстративно отвернулся, стоило мне появиться. Однако же буквально через несколько секунд он поднял морду, принюхался и повернулся ко мне, прищурившись.
— Это то, о чём я думаю? — задал он вопрос по внутренней связи.
— А то, — хмыкнул я. — Возвращаю долги. Ты какое будешь — персиковое или вишнёвое?
Последовала недолгая пауза.
