К моменту, когда нас откопали, жизнь в себе я ещё мог поддержать, а вот срастить себя сил не хватило. Тело попросту отключило от разума вместе с энергоканалами, изрешечёнными осколками пустотных гранат.
— А что у остальных?
— А у остальных — осколками перебитые нервные волокна, у Калинина их даже не вынимали — думали, что не жилец.
— Отчего же армия не взяла на себя затраты по их излечению? — задала вопрос княгиня.
— Ну так… У них у одного и у второго ранения получены не в бою, а в мирной жизни, — пояснил Мясников, видимо неплохо осведомлённый о превратностях судьбы своих товарищей по несчастью.
— А собственных средств на подобное лечение попросту не хватило.
Я обдумал ситуацию, которая внезапно обернулась ещё и невыплаченным долгом жизни. А после решил рискнуть.
— Значит так, господа хорошие. У нас с вами есть два варианта, — принялся я рассуждать. — Первый: мы получаем с вас клятву служения и клятву о неразглашении на крови. После этого наши лекари берутся вас лечить традиционными методиками.
Смотрим на результаты. Если проблематика остаётся и диагноз никоим образом не меняется из-за прошествия длительного времени после ранения…
Я сделал паузу.
— Не думайте, что вас оставят так. Фёдору Михайловичу у меня долг жизни невыплаченный, а вы, господа Лапин и Калинин, слишком для нас сейчас ценные специалисты. Работой мы вас по профилю обеспечим. Загрузим по полной. Оплата соответствующая и уход тоже будут обеспечены…
— Ваше сиятельство, не тяните кота за его мужские причиндалы, озвучьте уж второй вариант, — Мясников уже после первого воспрял духом, понимая, что снова сможет стать полезным.
— А второй сложнее, опаснее и запретнее, если будет угодно. У нас на руках сейчас есть новая методика, которую нам как раз-таки необходимо опробовать. Методика, правда, по трансплантации конечностей. Но что-то мне подсказывает, что кое-что из неё можно будет использовать и опробовать на вас. Если согласитесь стать этакими подопытными кроликами, тогда — клятву, и милости прошу к нашему операционному шалашу.
Ещё раз посмотрел на них.
— Ежели нет — то в целом это ваш выбор: жить дальше, как вы жили, либо же всё-таки рискнуть. Судя по тому, что вы все здесь, жизнь такая, лежачая, вам всем хуже горькой редьки. Поэтому решайте.
Пока же каждый из них обдумывал моё предложение, я решил пообщаться и с двумя другими соискателями.
Артефактор оказался военным инженером, заряжающим накопители на ствольном артефактном оружии.
