Злодейский путь!.. [том 7-8]

Она сосредоточилась, прикрыла глаза, изящно сложила пальцы, выставила руки в направляющих энергию жестах и замерла. Далее, если все правильно, линии печати должны загореться. Но этого не происходило, сколько она ни пыталась.

На сей раз линии ярко вспыхнули. Риту увидела свет сквозь опущенные ресницы и удивленно распахнула глаза. Она была уверена, что пыталась даже хуже обычного, и не сделала ничего, чтобы печать вдруг заработала. Мгновение она смотрела на Шена, а затем ощутила охватывающую ее невесомость. В следующий миг она открыла глаза уже в черном замке.

Шен сразу понял, что Риту делает не так. Сперва он собирался объяснить ей, но импульсивно передумал. Теперь его внучка будет в безопасности, да и они с Муаном смогут вернуться в любой момент.

Если бы они с Муаном ушли прямо сейчас, это многое бы изменило? В тот момент Шен не задумался, как далеко могут простираться последствия.

Он не мог позволить себе отступить. Он больше не может плыть по течению и сбегать. Ему необходимо узнать про эту подозрительную «защитную печать».

А еще, вероятно, эта женщина знает о событиях того «последнего» для оригинального Шена дня больше, чем рассказала. Это все взаимосвязано, не может не быть. И Шен обязан выяснить истину.

Внутренний двор жилища Вознесшейся утопал в снегу. Шен прошел открытую всем ветрам галерею, одна сторона которой соприкасалась с бездной и облаками, а другая — со внутренним двором, и остановился на террасе. Он не сразу смог поверить своим глазам, но в снегу распускались цветы.

Прекрасные снежные лотосы сияли в лучах солнца, такие нежные, несмотря на вечное сопротивление холоду окружающего мира. Шен сошел на снег, присел возле одного из цветков и аккуратно коснулся пальцами нежных лепестков.

Снежный лотос. Шен припомнил легенду об этом растении. Принцесса полюбила простого воина и была готова покинуть дворец, только бы быть вместе с ним. Тогда разгневанный император в тайне вызвал воина к себе и сказал, что дарует тому титул и земли и позволит жениться на принцессе, если тот поднимется на вершину горы, у подножия которой располагался столичный град, и принесет цветы бессмертия, что растут там.

Но если вернется без цветов — добровольно убьет себя. Наивный воин не знал, что никаких цветов бессмертия и быть не может на той терзаемой всеми ветрами голой вершине, где лишь вьюга стонет меж камней. Он согласился не раздумывая, боясь, что правитель передумает, если он замешкается, и тотчас отправился на гору.