Злодейский путь!.. [том 7-8]

Шен долго не мог привыкнуть, опустив в воду большой палец левой ноги, но, стоя обнаженным на ветру, вскоре так замерз, что не побоялся обжечься, быстро погружаясь в воду. Болезненность смешалась с наслаждением, когда он ушел под воду с головой.

Вынырнув, Шен оперся спиной о гладкие стесанные камни. Густой пар застилал обзор на прекрасный вид с горы. Шен прикрыл глаза, стараясь ни о чем не думать, но совсем не мог контролировать мысли. Он вытянул руки в воде. Потрескавшаяся кожа на запястье почти полностью слезла, а ее место заняла розоватая и свежая.

От раны на плече осталась красная точка. Плечо еще немного болело при резких движениях, но не кровило, даже заживляющую мазь накладывать не нужно.

Его тело почти полностью восстановилось, от старых ран не осталось даже шрамов, разве что безобразные отметины на левом плече, вовсе не от ран, а от его собственных ногтей. Тогда… Муан вернулся от Вознесшейся и дал ему волшебную пилюлю, что разрывает связь.

Пытаясь укрыться от собственных мыслей, Шен опустился под воду и вынырнул только через несколько метров, ближе к пропасти с водопадом.

Здесь вид казался еще более щемяще-величественным, но не помогал отрешиться от собственных переживаний.

Шен так решительно отказался, когда Ми Лу задала тот же вопрос в начале их знакомства, отчего же сейчас внутри него столько сомнений?

Мысли разрывали его голову и грудь. Разные мотивы заставляли сомневаться. Часть из них была благородная, как то волнение о Муане, часть — довольно эгоистичная, где не было места даже толике заботы о прославленном мечнике, а лишь собственные отчаянные желания.

Как разобраться, которым соображениям следовать? Что будет лучше: поставить на эгоистичное счастье или общее благо? И есть ли хоть один путь, который, в конечном итоге, не приведет к краху?

Шен запустил пальцы в мокрые волосы. Он уставился на прекрасный вид, стараясь унять мысли. Когда это не помогло, он принялся мысленно считать.

Он сосредоточился на счете, как будто от этого зависит его жизнь.

Примерно на четырех тысячах с небольшим, Шен выбрался из источника. Еще триста ушло, пока он споласкивал испачканное кровью верхнее одеяние. Сперва он намеревался лишь чуть-чуть потереть в районе плеча, где оно испачкалось, но случайно замочил почти целиком. Не сбиваясь со счета, он скрутил его в руках и вышел из купальни в белоснежном нижнем одеянии.

На гору уже опустилась ночь.