Система в последнее время вела себя как старый приятель, и Шен позволил себе позабыть, что их цели в корне разнятся. В то время как Шен просто пытается справиться со всеми обстоятельствами, чтобы сделать свою жизнь лучше, Система на первый план ставит «достойное развитие сюжета». Так что ничего удивительного, что она не захотела ничего портить, наделяя его излишними спойлерами. Возмущаться по этому поводу бесполезно.
Подумав о спойлерах, Шен осознал еще одну вещь: если они пропустили несколько месяцев, находясь в стране фейри, и сейчас по меньшей мере весна, это значит, прошло время заточения Ала в темнице ордена, и сюжет вновь входит в известную колею.
Ну, должен входить.
— Нет смысла стоять на этой поляне, — недовольным тоном произнес Муан. — Идемте уже куда-нибудь.
Шен осмотрелся по сторонам и заметил тропу. Она была засыпана прошлогодней листвой и могла оказаться и вовсе случайной лесной тропкой дикого зверья, которая исчезнет через несколько шагов, но других в округе не было. Вероятно, в последнее время никто не ходил к каменной арке.
Возможно, тот человек, виденный Алом зимой, был последним, кто приходил сюда.
Они пошли друг за другом. Шен шел первым, а за ним попеременно — то Муан, то Ал. В какой-то момент старейшине пика Славы надоело конкурировать с учеником Шена, то и дело пытающимся его обогнать, и, тихо фыркнув, Муан занял позицию в конце строя. Впрочем, это совершенно не мешало мысленно общаться с Шеном."
"Тропка то становилась лучше видна, то вовсе терялась так, что Шен наугад выбирал направление.
При этом он пытался припомнить, что же за события шли сразу за освобождением Ала в оригинальной истории, и память его подводила. Казалось, он почти ухватился за какую-то дельную мысль, но тут его отвлек вопрос Муана:
«Как ты умер в своем мире? Ведь не от старости? У тебя были враги?»
Шен опасался шквала вопросов от прославленного мечника, который рано или поздно должен был последовать. Особенно тех, правдиво на которые не ответить, не упоминая Систему и Ера. Он не собирался утаивать от Муана правду о них, но не знал, как обрушить на него поток настолько непонятной информации.
Шен оправданно опасался за душевное состояние мечника, которое непременно пошатнется, если хозяин Проклятого пика вывалит на него все. Продолжать лгать было тошно, но позволить себе такую роскошь, как полная откровенность, он не мог.
Шен порадовался, что на заданные Муаном вопросы пока что может ответить с предельной честностью.
«Это был несчастный случай.
