Ее края казались рваными и неровными, а с другой стороны можно было различить возвышающуюся гору сырой земли. Чем дальше спускался огонек, тем сильнее, казалось, становился трупный запах, словно, яснее очерчивая реальность, свет поднимал на поверхность все самое мерзкое, скрывающееся в тени. Наконец, огонек достиг дна, а заклинатели увидели неровно лежащие человеческие тела. Они валялись друг на друге в разных позах, будто те, кто сбросили их сюда, даже не взяли на себя труд аккуратно опустить их, кидали кое-как.
Тел было около дюжины, во всяком случае, вряд ли меньше. Одежда, насколько позволял рассмотреть трепещущий огонек, на каждом из них походила на заклинательскую, в основном темного цвета, черного или, может быть, синего. И у каждого из этих тел отсутствовала голова.
Шен зажал нос рукавом — запах разложения становился невыносимым.
— Что это такое? — с отвращением громко спросил Муан.
— На вид так трупы, — с ехидцей произнес Ал.
Глаза мечника чуть прищурились, но он предпочел игнорировать неуместные речи Шеновского ученика.
— Вероятно, тот старик все же не к городу нам дорогу указал, — глухо произнес Шен.
— Что будем делать?
Трупный запах, казалось, въелся в ноздри, пропитал дыхательные пути и уже разъедал легкие. Думать в таком положении было сложно — хотелось просто убраться отсюда подальше.
— Возвращаемся откуда пришли! — скомандовал Шен.
— Не понимаю, зачем тот старикан вообще… — начал Ал."
"Вдруг один из трупов подпрыгнул и, поймав огонек, сжал его в ладони.
Лес погрузился в полную темноту. На мгновение все растерялись, а затем Шен почувствовал, как на его лодыжке сомкнулись чужие пальцы. В следующий миг Ал за спиной вновь зажег свет на ладони, а Шена сдернули в яму. Муан не отпустил его руку и полетел следом, досадливо думая о том, что в былые времена у него с лихвой достало бы сил, чтобы удержать Шена.
— Учитель! — воскликнул Ал и бросился к краю ямы.
Смрад разложения забивал дыхание, Шен почувствовал мягкую осклизлую кожу под своей щекой и ладонями.
Тошнотворный комок подступил к горлу. Разлагающиеся пальцы копошились в его волосах, тянули в стороны одежду, оставляли отпечатки разложения на шее, ключицах, обвили запястья так, что и не дернуться. Шен почти терял сознание от отвращения и вони, но что-то казалось правильным, ему давно пора было стать частью этого мира. Слиться с ним пусть даже так.
— Шен! — голос Муана вырвал его из липкого наваждения, которому тот поддался.
