На мгновение Шен вытаращился на него, его разум совершенно опустел, а затем туда стал проникать ужас. Это… то, что стояло у противоположной стены… что это вообще такое?! Как оно… как здесь оказалось?!
Шен не мигая смотрел на фламинго. Ему казалось, у того не резкие очертания, он подергивался, словно плохо откалиброванное изображение. И светился, мать вашу, как экран телевизора!
«Система, что это такое?!»
[Не знаю! Не знаю! Не знаю!] — завопила та похлеще, чем Шен.
— Шен? — Муан сел на своем матраце, моргая.
— Тебе снова кошмар приснился?
Боясь отвести взгляд от фламинго, Шен тихо спросил:
— Ты видишь что-нибудь вон там? — он пальцем указал туда, где стоял фламинго.
Муан перевел на стену недоуменный взгляд.
— Что там? Призрак? — уточнил он.
— Ты не видишь?! — от возмущения Шен обернулся к нему.
Тут же осознав свою ошибку, он вновь повернулся к фламинго, но тот словно растворился. Шен замер."
"«Нет, это не галлюцинации, Система ведь тоже его видела…» — подумал он и криво улыбнулся, осознавая, как это звучит.
Голос в его голове подтвердил, что тоже видел галлюцинацию, да.
— Так что там? — спросил Муан.
— Ерунда какая-то. Должно быть, показалось. Ложись спать.
Показывая пример, Шен первым откинулся на матрац и вперил взгляд в черный потолок. Ал перевернулся на другой бок и уставился на него. Муан смотрел с другой стороны.
— Хватит пялиться! Отвернитесь!
Как ни странно, они действительно вняли его просьбе. Шен долго лежал на спине, прикрыв глаза, слушая, как дыхание его ученика и мечника постепенно становится размеренным.
Они заснули, а вот Шену после выброса адреналина в кровь что-то не спалось. Осознание, что фламинго может появляться где угодно, и в следующий раз может возникнуть прямо перед ним, совершенно не способствовало отдыху. Отчего-то казалось, что произойдет нечто страшное, если дотронуться до этой твари. Больше всего пугало, что его боится Система.
Смирившись, что сон к нему не вернется, Шен откинул в сторону одеяло, тихо прошелся по комнате, прихватив свои верхние одежды, и, присев на сиденье-подушку возле столика, порылся в одежде и извлек статуэтку в виде руки с отражающим шаром.
Столько всего навалилось, что, если не сегодня, — не известно, когда вообще у него выдастся возможность спокойно поглядеть воспоминания. А каждое знание в его случае — это дополнительное оружие.
Шен поставил статуэтку на столик и вгляделся в отражение блестящего шара.
