И хочу отплатить за это…
— Любой другой на твоем месте трижды подумал бы, прежде чем делать такую глупость, — усмехнулась она, но даже сама Эри, вероятно, понимала, насколько наигранной выглядела эта усмешка.
— Наверное, ты права, — пожал плечами и сел на кровать. — И я действительно подумал. На самом деле, воспользовался твоим советом.
На лице альфарки проявилось недоумение.
— Советом?
— Да. Я почитал историю."
"На самом деле это оказалось даже сложнее, чем я предполагал. Но хорошо, что точка отсчёта у меня имелась.
Она сама мне её дала, упомянув о своей жизни при дворе французского короля. Найти источники по тогдашним событиям оказалось не так уж и сложно, на самом деле. Всё-таки не каждый день целый королевский род в одночасье умирает за одну ночь.
История, конечно, вышла кровавой. В восемнадцатом веке англичане в лице Пендрагонов предъявили французскому королю очередной ультиматум из-за расширения их тогдашних колоний в Северной Америке. Война продлилась почти пять лет и в конечном итоге закончилась формальным поражением французской короны и заключением мирного договора.
Впрочем, других вариантов там быть и не могло. Французы и так с большим трудом тащили на себе экономические тяготы войны. Особенно если вспомнить, насколько шаткой тогда была позиция французского короля.
Короче. Сейчас всё это не так уж и важно. Значение имеет другое. Последнее сражение той войны стало своеобразной «ненужной трагедией». Французская армия вступила в сражение с английскими войсками, хотя в этом уже не было, по сути, никакого смысла.
Разумеется, они полностью проиграли, а командующего армией младшего сына французского короля, Луи Мартела, пленили. Как и рассказывала Эри, отец отказался платить за него выкуп.
Я специально уточнил. Обычно даже в такой ситуации ребёнка монаршей особы никогда бы не подвергли той жестокой судьбе, что коснулась молодого Мартела. Его четвертовали. Это даже объяснению не поддавалось. Почему? Зачем? Разве не лучше было бы сохранить жизнь ребёнку, чтобы потом использовать его как рычаг давления?
Но это одно дело.
Другое, что в паре мест я нашёл упоминание, что у французского монарха имелась приближенная ко двору советница. И была она далеко не самой простой женщиной.
Сначала, когда Эри впервые кратко поведала мне об этом, я решил, что её с молодым сыном короля связывали романтические чувства. Именно это затем сподвигло её на то, чтобы собственными руками вырезать всю королевскую семью практически до последнего человека.
