А что, если прямо сейчас навести револьвер на этого урода и выстрелить? Даже в худшем случае мне придётся нажать на спуск всего три раза, прежде чем пистолет выстрелит. Всего три раза. Это полторы, может быть, две секунды."
"Вроде и немного, но… не стоило себя обманывать. Я бросил взгляд на пальцы, которыми граф барабанил по столу. А перед глазами вновь появилась сцена убийства Ахматова. Всё случилось настолько быстро, что я даже заметить не успел.
Каковы шансы, что со мной он будет возиться дольше пары секунд? Я был реалистом в достаточной мере, чтобы принять тот факт, что даже если просто попробую, то он, скорее всего, вышибет мне мозги раньше, чем я продавлю тяжёлый спуск.
— У меня есть вопрос, — сказал, решив немного потянуть время.
— Тянешь время? — понял он. — Что? Страшно?
— А тебя это вообще волновать не должно, — отрезал я. — Но раз уж игру выбирал ты, то уважь меня.
— Не слишком-то честно, — хмыкнул он, по-хозяйски откинувшись на спинку своего кресла. — Вопрос на вопрос?
— Хорошо, — кивнул я.
— Спрашивай.
— Я знаю, что твоя семья участвовала в убийстве Разумовских, — проговорил я и тут же поспешно добавил: — Это не вопрос, если что. Я это точно знаю. За что их убили?
Похоже, что его это удивило.
— О как. Решил взять быка за рога! Похвально. Но с чего ты взял, что я знаю ответ? А даже если и знаю, уверен, что я скажу тебе правду?
— Даже если и солжёшь, то я сейчас всё равно это никак не проверю, — пожал плечами. — Но что-то мне подсказывает, что ложь ниже твоего достоинства.
— Ха! А ты, похоже, немного разбираешься в людях!
Браницкий одобрительно кивнул.
— Знаешь, я несколько раз встречался с твоим отцом. Ещё до того, как он со своей семейкой отправился в Британию. Хочешь знать, почему их убили? Я понятия не имею.
— Что?
— Что слышал, — усмехнулся он. — Мой батя был человеком… горячим. И очень брезгливым. Сынок-бастард. Его даже не волновало, что у меня пробудилась Реликвия. Ему вообще было плевать на меня. Без понятия почему. Хотя нет. Скорее всего, он просто был тем ещё злобным мудаком.
Так что мочить Разумовских поехал вместе со своим братом вдвоём. Никого из родных детей не взял. Ни меня, ни моих более удачливых братьев, достойных лучшего обращения только лишь потому, что они появились между ног у той шлюхи, что носила его кольцо на своём пальце, а не у той, у которой его не было.
Я сидел и переваривал его ответ.
— А кто может…
— Э нет, парень. Мы так не договаривались. — Он погрозил мне пальцем. — Вопрос за вопрос.
