Рано или поздно, но весть о том, кому именно Рахманов приходится сыном, выйдет слишком далеко, чтобы даже я мог её контролировать. И тогда у него только одна судьба. Его уложат в землю. И это сделаем даже не мы. Те же британцы будут рады закончить работу. Просто для того чтобы обезопасить себя.
— И такого человека ты хочешь в мужья для Анастасии? — покачал он головой.
— Я могу защитить нашу семью, Роман, — отрезал его отец. — Валерию. Анастасию. Тебя. Возможно, её будущего ребёнка. Но не Рахманова. Даже с нашими ресурсами это может оказаться чересчур невыполнимой задачей.
Роман явно хотел что-то сказать в ответ на это, но сдержался. А может быть, просто понял, что, в принципе, неважно, какие именно слова он может сказать. От них всё равно не будет никакого толка.
Поэтому он просто развернулся и пошёл к выходу из кабинета. Но у самой двери остановился и обернулся.
— Значит, ты можешь нас защитить? — странным и непонятным Павлу тоном спросил он.
— Именно этим я и занимаюсь, Рома, — кивнул Павел, качнув рукой с бокалом.
— Хорошо. Только не забывай, что Разумовские занимались тем же самым.
Сказав это, Роман вышел из кабинета, оставив отца одного с неприятным послевкусием на языке. И причина была явно не в коньяке…
* * *Такси остановилось напротив входа в «Ласточку». Я быстро расплатился с водителем и, выбравшись наружу, направился к дверям. Махнув на входе Марии, быстро направился к двери, что вела ко внутренним помещениям бара.
Вроде весь остаток дня за документами просидел, а на работе сосредоточиться никак не получалось. Банально другие мысли в голову лезли. Лазаревы. Браницкий. Проклятые Разумовские со своим наследием, которое висело у меня над головой, как шестнадцатитонная наковальня. Хватит. Достало.
Я пришёл сюда с определенным желанием.
Имелась лишь одна проблема. Чтобы добиться этого, нужно прояснить один немаловажный момент. И я знал лишь одного человека, который мог помочь мне сделать это.
Я помнил наш разговор с Марией в тот вечер, когда она скрывалась от людей Браницкого. Очень хорошо помнил, что именно она мне тогда рассказала.
И поэтому я сейчас здесь. И без ответа на свои вопросы уходить не собирался.
