Тут и тягач, и машина наземной поисковой команды, и «таблетка» докторов, и пожарный ЗиЛ.
— Командир, давай я полетаю. Отдохни, — сказал Петя, и я убрал руки и ноги с органов управления.
Пока есть топливо, начинаю понимать, что нужно эвакуировать экипаж. Подойду к полосе, зависну как можно ниже, и они спокойно выпрыгнут.
— Готовимся выйти из вертолёта. Если при посадке Ми-24 завалится набок, то нежелательно, чтобы вы двое здесь были.
— Командир, давай ещё подумаем, а потом будем благородством заниматься, хорошо? — предложил Петруха.
Всегда знал, что советский лётчик просто так не покинет воздушное судно.
Тут появилось решение от наземного состава. С помощью «универсальных» приспособлений решено было принудительно открыть створки и выдернуть стойки шасси.
Начинаем заходить на полосу. К вертолёту уже бегут несколько человек с теми самыми приспособлениями.
— Полтора метра держи. Попробуют подковырнуть створки, — дал в эфир команду Медведев.
Выполняю команду Геннадия Павловича. Бригада техников ныряет под вертолёт и начинает работать.
Слышу удары по фюзеляжу. Ми-24 начинает раскачиваться. Как я и думал, универсальным приспособлением оказался обычный лом. Тяжело с таким ветром удерживать вертолёт ровно, но пока получается. Руки тяжелеют, а пот продолжает скатываться на кончик носа. Стараюсь ровнее держать вертолёт. Но и этот способ успеха не принёс.
— Командир, ничего не получается, — доложил бортовой техник.
В эфире вновь появляется Медведев и говорит, что сейчас обдумают ещё пару способов.
Но тут уже моя соображалка включила максимальный режим. То ли из-за усталости, то ли из-за стремительно уходящего топлива.
— Лёха, а из ТЭЧи ещё представители промышленности не уехали? — спросил я по внутренней связи.
— Куда они денутся! Им ещё партию Ми-28 нам передавать. Только с Ми-24 закончили.
— Вот-вот, а оборудования у них много?
— Конечно. Там и домкраты есть…
На этом месте Алексей задумался.
— Саныч, это шандец как сложно. Давай лучше на бетонку и завалимся, — сказал лётчик-оператор.
— Не ссы, Петруха! Посадим вертолёт на домкраты. Если свалимся, то невысоко. Результат будет почти такой же, что и просто завалиться набок на бетонке. А вот если удержимся, то будет нам сектор-приз.
Подумали ещё раз и решили, что надо пробовать. Других вариантов пока всё равно не придумано.
— 001й, 330му, — запросил я. — Тащите домкраты.
Глава 25
В кабине по-прежнему только шум работы двигателей, а над головой мелькают вращающиеся лопасти.
