— Почему именно эта деревня?
— А почему бы и не она? — Вик пожал плечами. — Место хорошее, выход к реке и много рабочих рук.
— Могу ли я узнать, вы давно знакомы с графиней?
— Несколько дней, — ответил Ангар, и я посетовала сама на себя, что не рассказала герцогу о нашей встрече. — Ее лошадь понесла, и мне пришлось остановить ее.
— Бросьте, ничего страшного не произошло… — я увидела, как каменеет лицо Эрлинга. — Не стоит вспоминать об этом.
— Ежевика понесла??? — почти гневно поинтересовался герцог. — Но как это случилось?
— Она испугалась выстрела, — мне все-таки пришлось рассказать ему правду.
— Вероятнее всего в моем лесу был браконьер.
— Как можно быть такой беспечной? — мне показалось, что он переживает за меня. — Неужели так трудно брать с собой кого-нибудь из мужчин?
— Впредь я не буду подвергать себя опасности, — пообещала я и предложила всем последовать в столовую.
На столе уже стояла фарфоровая супница, источая божественный аромат, а тетушка Лонджина аккуратно расставляла столовые приборы.
Это были тарелки из темного сервиза с золотистым узором, который походил на переплетение диковинных лиан и столовое серебро, мягко поблескивающее в лучах солнца.
— Какой замечательный сервиз… — протянул Агнар Вик, прикасаясь кончиками пальцев к ободку тарелки. — Лион Батазини? Эта посуда стоит огромных денег.
Я не знала кто такой этот Лион Батазини, но подозревала, что он, скорее всего производитель дорогого фарфора.
Как только мы расселись, в столовую вошел барон, но увидев своего кредитора, побледнел и застыл возле дверей.
Я даже грешным делом подумала, что он сейчас сбежит.
— Прошу вас, отец, займите свое место, — пригласила я барона и медленно повернулась к Агнару. — Вы ведь знаете моего отца, не так ли?
— К сожалению, да, — мужчина бросил взгляд на барона, присевшего возле герцога, и добавил: — В последний раз мы виделись при довольно неприятных обстоятельствах, не так ли ваша милость?
Барон ничего не ответил, но было трудно не заметить, как он испугался.
Только чего он боялся? Этого человека или чего-то другого?
Эрлинг и Лукас внимательно наблюдали за происходящим, и было видно, что Эрлинг догадывается о том, что здесь все не так просто. И это ему не нравилось.
Отец Мадсон тоже чувствовал напряжение и, чтобы покончить со всем этим одним махом, я дождалась, когда тетушка Лонджина подала чай и спросила у Агнара Вика:
— Вы ведь знали, что отец живет у меня?
— Знал, — честно ответил он.
