— Знаем, как они зарабатывают — у честных людей воруют!
— Я просто не мог пройти мимо! — мальчонка поднял на герцога глаза, словно ища у него поддержки. — Он лежал с краю, и я подумал, что этого гуся нам хватит надолго…
— Не тронь его! — Эрлинг достал из кармана монеты и швырнул их торговцу. — Это тебе за гуся. Возвращайся на ярмарку.
Тот схватил деньги и быстренько ретировался, оставив их разбираться с мальчиком.
— Забирай гуся и больше никогда не воруй, — герцог протянул и ему монеты.
— А это тебе на лекарства для матушки.
— Благодарю вас! — он прижал их к груди и заплакал еще сильнее. — Мы всей семьей будем молиться о вашем здоровье, господин!
— Если ты ищешь работу — отправляйся в поместье «Вакер Квелль». Я обещаю, что тебя возьмут на конюшню.
— Спасибо вам, господин! — мальчишка сиял от счастья. — Но меня могут прогнать…
— Скажешь, что тебя прислал его светлость Эрлинг Хоконсон, — герцог потрепал его по светлой головке и указал на гуся.
— Не забудь прихватить этого приятеля.
Мальчик поднял тушку и радостно помчался в сторону деревни.
— Это очень благородно с твоей стороны, — маркиз проводил мальчишку веселым взглядом и повернулся к другу. — Как в тебе совмещаются такие противоречивые черты? Благородство, желание помочь и это раздражающее высокомерие? Гремучая смесь…
— Тебя раздражает мое высокомерие? — Эрлинг надменно приподнял бровь, и они тут же рассмеялись.
— Порой мне хочется задать тебе хорошей трепки! — маркиз сделал выпад и чувствительно припечатал ему кулаком в бок.
— Сначала приготовьтесь к тому, что я подправлю вашу смазливую рожу, ваша светлость!
— Ох-хо-хо! Я весь дрожу!
* * *
— Ваш потомок еще тот паршивец! — привидение Харальда Грейфа, крутанулось в воздухе и его глаза насмешливо блеснули. — Такой же высокомерный ублюдок, как и вы, дорогой герцог! И такой же любитель волочиться за женскими юбками!
— Не смейте так отзываться об Эрлинге! — воскликнул герцог, и Кристайн в который раз закатила глаза, наблюдая за их перепалкой.
— Он истинный потомок нашего рода и если его любят женщины, то это лишь говорит о его мужской привлекательности! А высокомерие — дань его высокому положению! По крайней мере, маркиз, он не убивает людей пачками, которые потом мучаются столетиями в компании своего убийцы!
Харальд зарычал, и Кристайн снова встала между ними.
