Среди народа немало тех, кто разделяет мнение и стремления наваитов, а после такой новости их количество только увеличится.
Я тоже так подумала. Но что же делать? Необходимо поговорить об этом с эрлордом. Я отстранилась от Аира и прошла к дивану, почувствовав внезапную усталость. Мужчина разместился подле меня и тут же забрал мою руку, слегка сжав пальцы.
— Все будет хорошо. Не волнуйся.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Почему ты сразу не открылся? Ничего не спросил у лорда де Шалиса?
— Зачем? Тогда ты бы перестала быть его дочерью на официальном уровне и потеряла его покровительство.
Ты была бы иномирянкой без рода и имени, зато все права имел бы твой ребенок — он кровный наследник эрлорда. Посему он бы имел все основания забрать тебя в Жемчужный дворец до его родов. А сейчас уже все не имеет значения.
— И тебя это не пугает? Твоя истинная — из другого мира.
— Это довольно забавный факт, — проговорил он. — Если бы ты сюда не попала, у меня не было бы детей. Но с другой стороны, если ты все-таки попала сюда, значит, это судьба.
— Ты веришь в судьбу? — спросила я, и мужчина хмыкнул, после чего заправил мне за ухо упавшую на лицо прядь.
— Мне бы хотелось не верить в неё, но она столько раз больно била меня за это неверие, что я устал сопротивляться, — ответил он. — Поэтому, думаю, судьба существует, но с ней всегда можно поспорить. Если хватит сил.
— Ты ведь слышал о пророчестве? О настоящем пророчестве, — произнесла я. Правитель промолчал. — Мне кажется, ты хранишь больше секретов, чем думают окружающие.
Молодой наследник огромного государства, в котором все видят лишь ветреного мальчишку, кто ты на самом деле? Почему скрываешься за маской добродушия и веселья?
— Я не всегда такой, — ответил он, — но мне так легче. Улыбнуться, рассмеяться легче, чем объяснять окружающим, что творится в твоей душе.
— Сегодня было также, — проговорила я. — Тебе было обидно, но ты ни слова не сказал об этом. Хотя мог.
— Ты моя истинная, — проговорил он. — Я уже чувствую связь, вскоре её начнешь ощущать и ты.
Уже сейчас ты не отталкиваешь меня, когда я прикасаюсь — это первый этап привязки. Дальше будет больше. Ссориться с тобой и говорить о том, как сильно ревную, — путь в никуда. Легче переждать.
— А если не смогу? — проговорила я то ли с надеждой, то ли со страхом. Сама еще не определилась. — Если не смогу полюбить тебя? Если…
— …твоё сердце отдано другому? — спросил делорд. — Я предоставлю тебе выбор, обещаю. И ты сама решишь, как тебе будет лучше.
