А здесь нам предлагают участие в прибыльном деле, ещё и в доле с сыном Императора. Ладно, а чего тебе ещё написал царевич, что ты так занервничал?
-Умный ты, Василий Алексеевич, а всё время за шутками своими прячешься, — сварливо ответил канцлер, — Константин написал, а по сути, приказал, признать Наташеньку как мою дочь и наследницу. Ещё предложил, в случае моей смерти, просить Императора, а лучше Её Величество Марию Фёдоровну, быть опекуном и распорядителем моего имущества.
-И ты ещё сомневаешься? — удивлённо спросил Хованский, — Совсем ты дурак, Александр Андреевич, уж не обижайся на мои слова.
Тебе открыто говорят, что нужен Безбородко царевичу. ещё и о дочке заботу проявляют. Ведь понятно, что ты немолод, и не дай Бог представишься, на твоё имущество слетятся разные коршуны. И Наташу с матерью могут задвинуть и сделать нищими.
Канцлер некоторое время сидел молча, уставившись в любимое окно. Затем снял парик и вытер им вспотевший лоб. Выглядело это забавно, но гость был занят вином и не обратил на это внимание.
-Прав ты, Василий Алексеевич, не подумал я о дочери. А Константин вон как — в будущее смотрит. Для меня его юный возраст помеха судить о делах объективно. Найду я покупателя на часть деревень, вложу деньги в компанию, и пусть всё идёт своим чередом. Ты прав в отношении императорской семьи, не дадут они оставить Наташеньку без средств. Жалко, что я отдал Ольгу замуж за своего секретаря, надо было самому с ней обвенчаться.
-О чём и речь. Царевич даёт нам намёк и указание как вести себя далее.
Понятно, что он не вечен и его могут подстрелить в полёте, но надо делать выбор. Я решение принял и тебе того желаю.
-Так я разве против? Теперь мы с Константином до конца, и другого пути у нас нет.
-А чего там с князем Гагариным приключилось, что ты его на сегодняшнюю встречу не пригласил? — с ехидцей спросил Хованский.
-Нет больше такого князя. Лопухин его более не поддерживает, а без него он никто. Вот и не будем тратить время на этого пьяницу.
Глава 13
15 января — 3 февраля 1798 года, Великий Новгород"
"Хотя тренируюсь сейчас регулярно, но к длинному марш-броску в полной выкладке, ещё и с ружьём не готов.
Вообще, к этому нужно привыкнуть. Одно дело бегать налегке и совсем другое шагать с нагрузкой килограмм в двадцать. Вроде дорога натоптана и прошли всего вёрст семь, но обратный путь от полосы препятствий чувствовал себя некомфортно. Последние пару дней было не холодно, и я решил пробежаться с егерями от усадьбы до Новгорода.
