Не тебе вонючий ростовщик ставить себя выше представителя древнего рода. Лотар фон Шмеллинг унд Лотецки достойный потомок славных предков, среди которых встречалось немало раубриттеров[2]. И он не видит в этом ничего зазорного. Человек может оказаться в разных ситуациях. И он честно продавал свою шпагу, а не уничтожал людей при помощи всякого крючкотворства и обмана. Теперь у него есть шанс начать новую жизнь, и он ею воспользуется сполна!
[1] Вильгельм I (1743–1821) — германский монарх. Под именем Вильгельм IX был графом Ганау c 1 февраля 1760 по 31 октября 1785, с 13 октября 1764 года — регент, а с 31 октября 1785 года — ландграф Гессен-Кассельский (также как Вильгельм IX), с 15 мая 1803 года — под именем Вильгельм I — курфюрст Гессенский.
[2] Раубриттер (нем. Raubritter) — рыцарь-разбойник или барон-разбойник.
Глава 12
Июль 1799 года, окрестности Мюнхена, Священная Римская Империя."
"—Всё-таки я не могу понять, по какому принципу вы выбираете персон, подлежащих устранению.
Если бы речь шла о монархах, полководцах и важных политиках, то это не вызвало бы меня вопросов. Но банкиры и ростовщики в моём понимании не те люди, которые несут угрозу безопасности нашей страны. Они сразу почувствуют, что на них началась охота и начнут противодействие. И сделают это гораздо быстрее, чем любая монаршая канцелярия или кабинет министров.
—Вот вы сами частично ответили на свой вопрос, Сергей Иванович, — отвечаю главе своей разведки.
Волков прибыл в Мюнхен сегодня, и сразу направился в один из загородных домов.
Здесь расположились егеря, и можно было не опасаться чужих глаз. Мы начали более активно работать в Европе, зачем лишний раз засвечивать агентов. Не нужно недооценивать иностранные разведки. Сопоставить, что в городе я встречался с таинственным гостем и далее проследить за ним большого ума не надо. А так мы быстро заметим слежку и примем меры. Человек просто ехал мимо и свернул на просёлочную дорогу, любое наблюдение определяется мигом.
Егеря всегда располагались отдельно от других полков, так как тренировки никто не отменял. Их тоже не стоило демонстрировать посторонней публике.
Мы расположились на заднем дворе поместья в небольшой беседке. Ребята соорудили нам самовар и принесли выпечку от местной кухарки. В общем, благодать, если не учитывать, что мне скоро в бой, а обсуждаем мы убийства потенциальных врагов России и предков будущей плутократии моего времени.
