По крайней мере, Уитоврту не удалось ничего узнать об этом. Мне понятно, как можно манипулировать мнением Павла, который так хочет присоединить к России Мальту и гордится тем, что стал Великим магистром. Но пропустить французский флот — это фактическое предательство. На такое Император никогда бы не пошёл, значит, мы опять возвращаемся к этой тайной группе. Или какому-то влиятельному кукловоду.
Гренвиль некоторое время молчал и тоже уделил внимание стремительно сокращающемуся вину. Большие дозы алкоголя никогда не мешали его кузену думать и принимать верные решения.
—Но есть и положительные вести из Санкт-Петербурга. Как ты знаешь, канцлер Безбородко умер и пока освободившаяся должность вакантна. Есть все шансы, что вице-канцлером будет назначен граф Панин. Вместе с русским послом Воронцовым, они являются ярыми сторонниками сближения наших стран и заключения долговременного союза. В качестве ещё одного члена новой коалиции наши русские друзья видят Пруссию. Для нас в ближайшей перспективе это оптимальное решение.
Австрия слишком аморфна и уязвима. Русские с пруссаками имеют общую границу и могут совместно выставить немалую армию. А главное — этими странами легче управлять. Особенно, если в Санкт-Петербурге окончательно победит наша партия.
—Ты уже списал Габсбургов с политической карты Европы? — удивлённо произнёс Питт.
—Нет. Империя ещё сильна и способна даже в одиночку противостоять Франции, но нам пора подумать о будущем. И предложение графа Панина, которое он озвучил Уитворду, заслуживает рассмотрения.
Ты же видишь, как странно ведут себя австрийцы, которым русские фактически подарили победу в Италии. Не зря мы настаивали на кандидатуре генерал-фельдмаршала Суворова, но скорее всего всё впустую. Австрийцы неспособны воспользоваться таким подарком и развить дальнейший успех. Вместо этого они ещё и мешают русским громить общего врага. Есть в этом что-то нездоровое, Уильям. В данный момент русско-австрийские войска должны были осаждать Тулон, а не ковыряться в Швейцарии.
Если посчитать наши усилия и затраты, то слишком дорого нам обходится такой союзник, как Вена.
—Думаешь, Берлин и Санкт-Петербург обойдутся дешевле?
—Пруссия точно нет. Фридрих Вильгельм излишне осторожен и слишком погружён во внутренние дела. Нужно будет пообещать ему, что-то очень существенное для вступления в антифранцузскую коалицию. С Россией сложнее и одновременно проще.
—Именно с Россией, а не Павлом.
