На постаменте собрались губернатор со своей свитой и предводители губернского дворянства, напротив них расположился Александр и остальные гости. Сцену приветствия придумал я, в чем меня полностью поддержала Мария Степановна. Постамент был оцеплен солдатами, вокруг него столпились сотни людей. Впереди стояла чистая публика, а далее мастеровой люд и крестьяне. Все внимательно слушали речь губернатора и ответное приветствие наследника, с восторгом встретив его слова о начале гуляний. Александр со свитой обошел и осмотрел все наши придумки, задал несколько вопросов.
Судя по лицу, настроение у него стремительно улучшалось.
Далее началось самое интересное. На разукрашенных санях, запряженных тройкой скакунов, подкатил самый настоящий Дед Мороз. Народ был в легком шоке, такого шоу здесь не видели никогда. Одетый в красный халат, с длинной белой бородой, посохом и мешком за плечами, перед нами предстал просто классический дедушка. Для местной публики это было не просто в новинку, а сродни настоящему волшебству.
Дед сошел с саней, подошел к постаменту, рядом с которым специально поставили кресло, накрытое медвежьей шкурой, и развернулся к зрителям. Народ замолчал."
"Это для меня ситуация была стандартная, а вот пейзане прониклись моментом. Дед Мороз, а вернее, переодетый Томас Фитцнер, произнес:
Я – веселый Дед Мороз,Я подарки вам привез.Я привез вам море смеха,Море счастья и успеха!С Рождеством вас поздравляю,И всем вам я пожелаюДолго-долго в счастье жить,Понапрасну не тужить,Много вам здоровья, счастья,И живите без ненастья!Народ после недолгой паузы взорвался приветственными криками.
Даже я что-то выкрикнул, типа спасибо, дедушка, за мое счастливое детство.
Фитцнер сел в кресло, поднял вверх руку, добиваясь тишины, и обратился уже к Александру:
– Царевич-королевич, не стесняйся, подходи к Дедушке Морозу за подарком.
Кто бы знал, чего мне стоило сначала уговорить Томаса сыграть эту роль. Затем было не менее тяжелое разучивание стишков. Но самым сложным было убедить обращаться ко всем, в том числе к сыну императора, в фамильярном стиле.
Но вроде репетиции даром не прошли. А голос у Фитцнера, конечно, отменный: густой и какой-то обволакивающий бас. Ему бы в опере петь.
Удивленный наследник подошел к Дедушке, который встал с кресла, а затем достал из мешка подарок, завернутый в холстину и перевязанный бечевой. Александр развязал бечевку и развернул обертку, внутри была искусно вырезанная игрушка «Медведь-кузнец».
