Он любил беседовать со мной, но тогда мне это было не очень-то интересно. И я упустил свою возможность. Я даже упустил тот момент, когда он вдруг просто исчез.
Увы — когда мы молоды, то по большей части не задаемся вопросами. Нам интересней и важней действовать, рисковать, испытывать новые эмоции, чем разбираться в устройстве обыденных для нас вещей. Но чем больше накапливается опыта, тем отчетливей начинаешь понимать, что даже когда-то очевидные вещи на самом деле не столь уж очевидны. К примеру, взять пресловутую чашу.
Ты когда-нибудь задумывался, что это такое? Эта штука держит за шею тысячи бессмертных, заставляя их прогибаться под сапог Совета. Но что она из себя представляет?
Я озадаченно почесал за ухом.
— Ну-ууу… Какой-то волшебный стакан, или что-то типа того. Куда собирается энергия.
— И каким же образом она туда собирается? Почему?
— А разве ты сам никогда не видел эту чашу? — с интересом спросила Ли.
— Видел, — кивнул Нергал. — И это совсем не стакан. Это скорее огромный черно-фиолетовый смерч, очень сильно замедленный во времени.
Он вспыхивает множеством искр, даже плюется ими…
Мои ноги сами остановились.
— Как ты сказал? Черно-фиолетовый смерч?..
— Да. А что?..
Я вспомнил тот день, когда летел в самолете вместе с Ленкой. Иллюминатор. Белые облака. И черно-фиолетовое веретено, возникшее вдруг из ниоткуда за мгновение до того, как мы очутились на берегу.
— Мне кажется… Я тоже видел ее. В момент перехода между мирами.
Ли с Нергалом тоже остановились. Переглянулись.
— Но это невозможно, — полувопросительным тоном проговорила Ли.
— Чаша принадлежит Верхнему миру. Ее нельзя увидеть ни в каком другом месте.
Нергал задумчиво покачал головой.
— Может быть. А может, и нет. Арес говорит, что в своем внемирье тоже однажды встречался с чем-то похожим, только очень маленьким.
— Это он тебе после пьянки рассказал? — насмешливо протянула Лилит. — Между трогательной историей о том, как его сонного на карусели катали и повестью о доблестной…
— Нет, — перебил ее Нергал. — Гораздо раньше.
Тебя, может, тогда еще и на свете не было.
Ли изумленно выгнула тонкие яркие брови.
— Вот как? Так вы давно знакомы?..
— И что он с ней сделал? — спросил я, возвращаясь к главной теме и чувствуя, что прямо здесь и сейчас передо мной вдруг приоткрылось что-то очень важное и таинственное.
— Попытался уничтожить, — отозвался Нергал.
— Удалось?
— Нет. Она лишь разделилась на крошечные частицы, но не исчезла. Не умерла. Другими словами, она бессмертна.
