Бог посмотрел на протянутый стакан.
И, к моему удивлению, взял его безо всяких возражений и дополнительных вопросов. И опрокинул в себя.
Слезы выступили у него на глазах, но Оракул только вытер их запястьем и кашлянул.
Я присвистнул.
— Ничего себе. Я думал, сопротивления будет больше.
— Начатое падение не остановить другим способом, кроме как достигнув дна, — сдавленных голосом ответил тот.
Я хмыкнул.
— Ну да. Наверное.
Наколдовав еще один бокал выпивки, я сделал пару глотков. Разбитый рот защипало не по-детски.
Поморщившись, я вытащил папиросу и прикурил.
Оракул молча протянул руку.
— Уверен? — спросил я.
Ответом был долгий пристальный взгляд, так что я достал папиросу и для него. Прикурив, бедняга с непривычки зашелся кашлем.
— Редкостная дрянь, — резюмировал он, разглядывая папиросу.
— Полностью с тобой согласен.
Он зачем-то снова затянулся и опять закашлялся.
Я похлопал его по спине, как будто это могло помочь. И спросил:
— Почему я?
— А ты не понял? — чуть захмелевших голосом спросил Оракул.
— Потому что я — ключ к вратам?..
— Не только.
Он погасил папиросу и подобрал под себя ноги. Вытащил из-под задницы острую черепушку какой-то твари, повертел в руках и бросил в сторону.
— Вселенная создана так, чтобы у всего имелись свои ограничения, — проговорил Оракул. — Безграничная свобода развращает. В том числе и богов. Поэтому изначально существовали три силы, которым они не могли противостоять. Догадаешься, какие?
Я пожал плечами.
— Мне известно только про власть Чаши.
— Чаша — это подделка. Суррогат. Заменитель. Хлыст надсмотрщика в руках у того, кто сам должен был наравне со всеми подставлять свою спину.
— Но тогда что — настоящее?.."
"— То же самое, что и у смертных. Три неотвратимости. Смерть. Любовь. И удача. Их власть никто из богов не мог отменить. Боги умирали. Совершали безумства ради любви. Страдали от неудач и радовались внезапному везению. Эти уязвимости делали их человечней. Но потом появился запрет на убийство богов, а любовь превратилась в похоть.
Сердца бессмертных очерствели. Неподвластной оставалась только удача. До тех пор, пока не представился повод избавиться от Фортуны. Таким образом их главная цель была достигнута, а старые законы попраны… — он повернулся ко мне и улыбнулся. — А потом появился ты. Вооруженный способностью убивать богов и укрытый щитом удачи. Шестерка козырей, способная побить и короля, и туза. Против тебя бесполезны любые расчеты и бессильно любое преимущество.
