— Хотя, если честно, лучше бы на диване в халате повалялся. Тебе, кстати, большой привет от Сифы. И это, — зыркнул он красным глазом на Гермеса. — Оставь нудных селедок себе, племянничек. Они только в плакальщицах хороши — поверь, я знаю, о чем говорю. Я тут настоящую музыку привел. Мужики, заходи!
И в «Лося» один за другим вошли полупрозрачные, но абсолютно довольные Элвис с группой призраков в белых развевающихся туниках и с инструментами в руках.
У меня отвисла челюсть.
Вот это я понимаю, вот это — божественный размах! Ничего себе посиделочка намечается!
Тут с лестницы навстречу Церберу с лаем ринулся наш отважный Чудик, до сих пор неприметно обитавший в комнате своей любимой маленькой хозяйки Лидии.
Я сначала бросился мелкому наперерез, чтобы не дать вскочить в порыве гнева прямо в пасть к чудовищу, но Аид остановил меня.
— Не бойся. Солдат ребенка не обидит! — важно заявил он.
Цербер замер. Наше мелкое чудовище — тоже. Потом они синхронно припали на передние лапы, обнюхивая друг друга. Чудик тявкнул.
Цербер подобрался комком, и эти двое с радостным визгом понеслись по харчевне, виляя хвостами.
— Ну вот, а ты боялся, — с улыбкой кивнул на собак Аид.
— Что-то я подвис немного. Заходите все! — радостно воскликнул я.— Ника, тащи закуски! И пива!
— Этим вообще-то не положено, — покосился на духов Аид.
— Да ладно, будь ты человеком! — огорчился я. — Не каждый день приходишь побухать в мир живых. Дай другим тоже порадоваться. Пусть сегодня будет весело всем!
Начиналась веселуха.
Вскоре божественный народ повалил к нам валом: полуголые мужики со звериными головами, бешеные вояки из Вальхаллы, красавицы в длинных туниках, ягуар на двух лапах, длиннобородые славянские боги и даже Шива под руку с синекожей Кали, которая, кстати, оказалась весьма привлекательной женщиной с мягкими, приятными глазу формами. Они открывали порталы прямо в харчевне, а один, по ошибке, открылся даже в нужнике — причем в тот момент, когда там находился Бобер. Многие узнавали меня, улыбались, называли по имени — даже те, кого я сам припомнить не мог.
И стало ясно — то, что Дионис расширил пространство внутри таверны раз в пять, было очень правильным решением. Элвис зажигал, взобравшись прямо на стойку. Флора с Арахной уселись за один столик с белокурыми сыновьями Одина. Афродита, явившаяся на вечеринку в этот раз без своего кузнеца, устроилась на коленях трехметрового Велеса, томно прикрывала глаза и с явным удовольствием поглаживала его в разных местах.
