Третье и главное — высокий лорд проследовал в гостиную и уставился на настенное панно. Один из кинжалов тускло мерцал в магическом спектре, что говорило о минимальной, то есть допустимой активности.
К счастью для Алексии и Нэйлза, досточтимого предка никто не разбудил.
Ну и последний элемент…
— Где? — спросил Дрэйк, бросив взгляд на племянника, который шёл по следам тенью.
— На кухне, — сказал Нэйлз уже без заикания.
Дрэйк вздёрнул бровь.
Кухня в его квартире, конечно, хорошая, но почему Алексия выбрала именно это место? Почему не спряталась в отведённой спальне? Или в ванной, как наиболее безопасном по причине интимности пространстве?
— Мы там кофе пили, — опуская глаза, добавил племянник.
Сказал, но ничего этим признанием не объяснил.
Дрэйк так и не понял смысла нахождения на кухне, но поманил Нэйлза пальцем. Уже вместе вошли в небольшое помещение. Причина бедствий стояла у окна.
Невысокая, хрупкая, с торчащими в разные стороны фиолетовыми волосами, Алексия тянула кофе из керамического стаканчика.
Дрэйк знал ресторан, в котором готовят такой кофе. Второй керамический стакан обнаружился неподалёку, на столешнице. Дрэйк взглянул на него в магическом спектре, а потом приблизился и попробовал кофе на вкус.
Увы, магия очевидна не всегда. А след магического воздействия, как правило, тусклый и быстро тает.
Заклинаний, способных превратить напиток в ментальную бомбу не существует вовсе. Привороты и прочие «женские штучки» — это сказки. Но прямо сейчас Дрэйк сильно в своих познаниях сомневался.
Ведь должно быть какое-то объяснение невероятной дури племянника? Может Алексия подмешала в кофе Нэйлза одну из тех сомнительных пилюль?
Ну а что? А как? Наследница Рэйдсов всегда была созданием бесхребетным и ведомым. Сейчас в такую же ведомую субстанцию превращался Нэйлз.
Дрэйк сделал один глоток, второй… Поводил языком по нёбу, пытаясь уловить посторонние привкусы, которых не было.
Неужели чисто? Впрочем, пилюли не обязательно подмешивать в напитки.
Можно и в еду.
Алексия наблюдала за его появлением и дегустацией кофе молча. Проша вечность, прежде чем леди соизволила поздороваться и выдать «прекрасное»:
— Лорд Дрэйк, я всё объясню.
Именно та фраза, от которой у его светлости норовил дёрнуться глаз. Так говорил каждый, кто провинился — чиновники, слуги, студенты пурпурного факультета.
Дрэйк не собирался отдавать этой пигалице инициативу. Отставив стаканчик, он шагнул вперёд и требовательно протянул руку.
