— Макар, это Маша, — на хрена эта томность в голосе, я и так не въезжаю, кто ты?
Маша? Маша… Маша… да ну на… какого хрена ты мне звонишь?!
— Узнал, — сухо сообщаю, поглядывая на Золотинку. Не хочу, чтобы она расстраивалась или накручивала себя из-за этого звонка. — Ты по делу или просто так? — не скрывая раздражения. Обычно догадываются, что я против общения, извинившись, прощаются или бросают трубку. Рыбанькова включает дуру. Бесит!
— Хотела пригласить тебя на день рождения…
— Я не смогу прийти, — перебивая, надеюсь, что она отстанет.
— Ты не дослушал.
Конечно, я не дослушал. Мне похрену, что ты говоришь.
— Я буду отмечать свой день рождения в вашем городке. Забронировала несколько столиков в «Лагуне», говорят, классное место.
Классное, мать твою! А еще оно принадлежит нашей семье!
— Моя девушка не любит шумные вечеринки, у меня режим, поэтому мы, скорее всего, не сможем прийти, — если парни заговаривают о своих отношениях, то это сразу четкий указатель, что все серьезно. За весь разговор я ни разу не упомянул ее имя и не обозначил, что мой собеседник девушка.
— От нас сделаю подарок – скидку на меню и бар в тридцать процентов. Я за рулем, неудобно разговаривать, — на том конце тишина. Говорящая о многом тишина. Ну ты помолчи, подумай... — Пока, — холодно роняю, завершая разговор. Если бы не Злата, предъявил бы за выложенные в сеть совместные фотки.
Хотелось бы, чтобы Маша передумала отмечать свой день рождения в нашем городке, но это вряд ли. Сталкиваясь с поведением обиженных подвыпивших телок, я могу спрогнозировать несколько вариантов развития событий.
И ни один мне не нравится… ну, кроме того, что она перепьет и уснет в клубе… или в любом другом месте, но как можно дальше от нашего с Золотинкой дома…
Злата
Макар привез меня к общежитию. Сколько бы я ни убеждала его, что забрать вещи можно в другой день, он не уступал. Несмотря на позднее время, Кайсынов решил устроить переезд. Будет по-моему – девиз Макара! Никак не переубедить, если он уверен в своих действиях.
Мужское сильное начало и генетическая упертость.
Не стану я вечно уступать. Когда-нибудь станет по-моему.
— Сейчас комендантша начнет бурчать. И вообще дверь закроет, — глядя через лобовое на дверь общежития. Режим не нарушен, до закрытия дверей еще почти час, но я могу не успеть собрать и вынести свои вещи.
— Я пойду с тобой. Она тебе и слова не скажет, — сжимая мою руку в своей ладони.
— Тебя не пустят.
— Идем, — уверенно открывая дверь.
