Во-вторых, ему, как главе Ордена, все это было вдвойне неприятно. Насколько мы поняли, Огибалов ушел навсегда и возвращаться не собирался, а нас и без того было немного. Мне, конечно, плевать, но Костю понять было можно.
Однако, нужно отдать ему должное, при всем этом никаких вопросов он нам так и не задал. Хотя по его лицу было видно, что ему очень этого хотелось. Обстановку немного разрядила Ольга Гагарина, которая не присутствовала при случившемся, а потому вела себя легко и свободно."
"Вскоре мы тоже чуть-чуть расслабились и даже начали делать вид, будто ничего не случилось.
Так как без этого в последнее время не обходился ни один разговор, естественно начали с бала. Точнее говоря, Ольга с него начала. Решила, что нам нужно срочно узнать последние слухи насчет пар, которые собираются бороться за титул короля и королевы-осень.
Есть такие вещи, которым лучше дать случиться, чем пытаться предотвратить. Монолог Гагариной про бал как раз был одной из таких вещей. Поэтому мы терпеливо выслушали ее соображения насчет участников, а когда она выдохлась, Собакин перешел к делу.
По его словам, неподалеку от Медового Родника завелся тролль, который в последнее время совсем оборзел. Раньше пожирал животных, которые приходили напиться воды из родника, а теперь вот и людьми не брезгует. Вроде бы как одного из Приозерного слопал, а бабуле из Липиного Бора руку откусил.
— Что это ее из Липиного Бора к нам сюда за водой принесло? — удивленно спросил я. — Поближе родников с чистой водой, что ли не нашлось?
— Черт его знает, — пожал плечами Собакин.
— В Медовом Роднике она особая какая-то. Лечебная, вроде бы.
— Так и есть, — подтвердила Ольга. — В том роднике вода необычная. Ее наши девчонки даже для гаданий используют. Когда выясняют, как суженого звать будут.
Мы втроем дружно посмотрели на Гагарину.
— Что? — спросила она. — Ну правду вам говорю. Оттуда воду берут.
— Ну… В общем как-то так… — сказал Костя после небольшой паузы. — Сами все слышали. От старосты Приозерного есть большая просьба избавить их от тролля.
Они из-за этого обормота убытки большие терпят. Народ ехать перестал, а местные из-за этого страдают. Приезжие часто у них на ночлег останавливались с полным пансионом. Какая-никакая копеечка.
— Почему к ратникам не обратились? — спросил Нарышкин. — Тролль, это не шуточки. Или староста, жучара хитрый, на всем сэкономить хочет?
— Обращались, — ответил Костя. — Даже бумаги и чеки оплаченные мне показывал.
