На всякий случай я приготовился шарахнуть по нему каким-нибудь заклинанием и вдруг он раскинул руки в разные стороны, а затем я услышал крик.
Отчаяние, злость и ярость — вот что смешалось в этом крике! А потом вдруг перед моими глазами полыхнула ослепительная вспышка и стекла моего окна взорвались, осыпав меня градом стеклянных брызг. Я лишь успел закрыть руками лицо, почувствовал боль от десятков порезов и рухнул на пол.
Вокруг стало оглушительно тихо… Первые несколько секунд ничего не происходило, а потом я услышал чей-то взволнованный голос с улицы:
— Что это было?
* * *От автора:
Дорогие мои читатели!
Очень скромный автор просит вас поставить лайк тех, кто дошел уже до конца 9 главы, но этого не сделал.
Вас так много читает, а лайков (сердечек) как-то меньше, поэтому я просто уверен, что многие попросту забыли про него) Я знаю, такое очень часто бывает. Ну а если и остальные книги цикла проверите, то будет вообще супер! ))
Спасибо вам огромное!)
Глава 10
Никаких серьезных рассечений у меня не оказалось, так что зашивать ничего не пришлось.
Зато всяких мелких царапин на лице было хоть отбавляй. Веригин, который специально приехал в «Китеж» среди ночи, провозился со мной часа два, пока над ними работал.
— Не переживай, Темников, ерунда это все. Скоро заживет и даже следов никаких не останется, — успокоил он меня, перед тем как выставить из кабинета. — Самое главное, что глаза целы. Там было бы уже сложнее. Тогда пришлось бы для тебя из Московского княжества целителя вызывать.
Там у них специалисты посильнее меня имеются.
Я вышел на улицу в сопровождении Громова, который примчался в медицинский блок, пока надо мной колдовал Дементий Брониславович.
— Ну как себя чувствуешь, Максим? — спросил он, с тревогой посматривая на меня.
— Нормально. Лицо только печет сильно и руки. Веригин мне на раны какую-то мазь наложил, которую, наверное, из кислоты делают. Болит зараза… — я показал мастеру темных классов свои руки, которые светились нежным голубым светом.
— Видите, как горят?
— Вижу, — кивнул он. — Потерпишь немного.
Мы прошли с ним еще немного, а потом он положил мне руку на плечо, немного придержал и спросил:
— Ты мне ничего не хочешь рассказать?
— Что именно, Роман Артемович?
— Ну, например, что это было? Только не говори, что какое-нибудь новое заклинание испытывал или руну на окно пытался наложить, — предупредил он. — Все равно не поверю.
— Да я и не говорю, — пожал я плечами.
