Дядя самых честных правил 4

Я к нему не то что прикоснуться не смог, а даже подойти ближе, чем на два шага, не сумел. Виноват, не оправдал вашего доверия.

Я поморщился от его показательного самоуничижения и задумался. Заклятье, значит? Интересное кино. Троекуров специально готовился к столкновению со мной или это предосторожность ещё со времён, когда был жив дядя? Скорее второе, хотя сейчас это не имеет значения. Раз тихий вариант с Кижом не получился, придётся искать другие методы воздействия.

Как по мне, лучше было бы решить проблему силовым методом.

Вот только людей у меня для этого практически нет. Опричники ранены, рисковать Таней и Александрой я не собираюсь, а вдвоём с Кижом мы много не навоюем. Просто не сможем разорваться между всеми направлениями сразу.

— Ты видел у него в усадьбе что-то интересное? Что там происходит вообще?

— Кхм… — Киж смутился. — Простите, Константин Платонович, но вы не просили этого. Я работал против хозяина, какое мне дело до самой усадьбы и крепостных.

Да уж, рано я сказал, что Киж начал оживать.

Мертвец, как и раньше, в случае прямых приказов, выполнял их буквально, не проявляя излишней инициативы. Будто автомат или механическая кукла. Хочешь, чтобы он дополнительно осмотрелся? Добавь этот пункт в «техническое задание»!

— Ладно, придумаю, что с ним делать. А ты займись охраной усадьбы, пока опричники временно нетрудоспособны.

Киж щёлкнул каблуками и пошёл к двери чуть ли не строевым шагом. Такие задания он любил, лично осуществляя дозор вокруг усадьбы. Пусть себе развлекается, всё лучше, чем он будет героически уничтожать запасы крепких напитков.

Лежать мне надоело ещё вчера, и я вознамерился «прогуляться» по дому. Но тут же появилась Настасья Филипповна и попыталась уложить меня обратно.

— Костя, нельзя тебе ногу тревожить. Полежи хоть до следующей недели, дождись, пока заживёт, а там и расхаживай. Нет-нет-нет, никаких хождений тебе нельзя, и даже не думай.

— Настасья Филипповна, перестаньте. Я сам решу, когда мне ходить.

— Охохонюшки, Костенька, ну куда тебя несёт? Такая рана, а ты разгуливать собрался.

Давай я тебе почитаю. На французском, хочешь? Такие замечательные романы в библиотеке есть, я каждый раз плачу над чтением. До чего хорошо пишут!

Видя, что уговоры на меня не действуют, ключница вздохнула и смирилась с неизбежным.

— Ну, хоть палочку возьми, чтобы ногу поберечь.

«Палочкой» оказалась щёгольская трость из красного дерева с набалдашником в виде черепа из слоновой кости.