Дядя самых честных правил 4

Поищите дурака драться с вами в другом месте.

— Feigling! — заорал он, лупя руками по защитному куполу. — Трус! Я приказываю тебе! Kampf!

Но я только покачал головой, приведя Петра в ещё большее бешенство.

За его спиной, в проёме двери, маячили несколько человек, опасающихся заходить внутрь. У одного из них, по виду цверга, с лица сползала торжествующая улыбка. А не он ли, мелькнула в голове мысль, накрутил Петра и привёл сюда, чтобы спровоцировать драку? При взгляде на этого человека перстень Тау обжёг палец. Так он ещё и масон? Как интересно.

Далеко же забросило щупальца это тайное общество, взяв под тёплое крылышко наследника престола.

— Ваше высочество! Вы в порядке?

Отпихнув зрителей, в комнату вбежало несколько придворных и офицеров. Судя по фонящим Талантам, они готовы были разнести полдворца и любого, кто покусился на наследника. Но я уже убрал щит, а на Петре не было ни царапины.

— Lassen Sie mich in Ruhe!

— Пётр Фёдорович, прошу вас. Елизавета Петровна будет недовольна таким шкандалом.

— Ich muss mich mit ihm befassen…

— Идёмте, ваше высочество. Не нужно усугублять ситуацию.

Петра оттеснили от меня. Кто-то попытался сунуть ему под нос нюхательную соль, но тот гневно отбросил руку с бутылочкой. Подхватив Петра под локоть, один из придворных направил его к двери. Продолжая ругаться по-немецки, наследник дал себя увести. Уже в дверях Пётр обернулся и кинул в меня ненавидящий взгляд. Без тени усмешки я поклонился — мол, всегда к вашим услугам, ваше высочество.

Вся перешёптывающаяся и ахающая толпа удалилась следом за Петром.

Но и я не остался в одиночестве — у дверей стоял Пётр Шувалов и, покачиваясь с пятки на носок, разглядывал меня, как тигра в зверинце.

— Умеешь ты, Урусов, находить неприятности.

Он подошёл ко мне и протянул щёгольский кружевной платок.

— Вытри кровь, а то будут говорить, что тебя Пётр Фёдорович покалечил.

Я притронулся пальцами к щеке. Действительно, вся в крови, уже начавшей подсыхать.

Пока я приводил себя в порядок, Шувалов приказным тоном заявил:

— Вот что, Урусов.

Никуда пока не уезжай. Посиди на своей квартире, почитай книжки неделю-другую, романы там французские. Я тебя вызову, как время придёт.

— Разве я не должен уехать в ссылку?

— Ты не умничай, доумничался уже. Делай что велено и помалкивай о сегодняшнем вечере. Понял?

Я кивнул. Спорить с этим человеком, любимцем императрицы и братом начальника Тайной канцелярии, было чревато проблемами.

— Вот и молодец. Подожди тут, тебя отвезут.