Я чувствовал, как внутри стен текут потоки эфира, а на нас «смотрят» глаза дремлющих стражей. Полагаю, старший хранитель как раз проговаривал особые формулы, «пароли», которые усыпляли ловушки и защитные механизмы. Без них нас давно бы размазало по стенам как нечестивых расхитителей гробниц.
Пройдя сотню шагов по туннелю, я вспомнил «последний совет» призрака императрицы. Как там она сказала? «Когда войдёшь в дом мёртвых, не бойся покойников. Бойся живых, только они грозят тебе гибелью». А ведь мы сейчас как раз в доме мёртвых и за моей спиной идут живые хранители.
— Дмитрий Иванович, — шепнул я Кижу и глазами указал назад, — пригляди за теми двумя. Что-то у меня предчувствие насчёт них плохое.
— Сделаю, — одними губами ответил мертвец. — Мне эти типчики тоже не нравятся, слишком уж на нашего Хотепку странно смотрят.
— Ты тоже заметил?
— Угу, с самого начала, будто они знают друг друга. Не волнуйтесь, Константин Платонович, я прикрою вам спину.
Процессия трижды упиралась в каменную стену, перегораживающую коридор.
Но старший хранитель выкрикивал странные непонятные слова, стена беззвучно поднималась, прячась в потолок, и мы продолжали путь.
Через четверть часа туннель упёрся в ступени, уходящие вверх, процессия остановилась, и старший хранитель обратился к мумии:
— Мы почти у цели, Хемиун. Каким оружием ты собираешься сражаться? Я не вижу у тебя хопеша. Если его несут твои свидетели, самое время передать его тебе.
— Хопеш? Он мне не понадобится. Сегодня я буду биться кое-чем другим, Служитель места истины.
Уверен, тебе понравится моё оружие!
Хотепка вытянул руку а затем со всей силы ударил себя кулаком в грудь. Кисть, обмотанная бинтами, с хрустом проломила рёбра, что-то схватила внутри и дёрнула наружу, рассыпая вокруг бурую пыль. Мумия раскрыла ладонь и протянула старшему хранителю маленькую золотую вещицу.
— Что это? — отшатнулся мертвец.
— Подарок моего господина, — Хотепка захохотал, — да правит он во веки веков!
Золотая вещица щёлкнула, и над ней появились полупрозрачные золотые крылышки.
С басовитым гудением она взлетела в воздух и застыла перед лицом хранителя. Да это же жук! Золотой навозник-скарабей!
— А…
Хранитель начал поднимать руку, пытаясь заслониться от жука, но не успел. Скарабей выплюнул струю пламени, превратившую мертвеца в пылающий факел. Закричав, хранитель заметался по коридору, натыкаясь на стены и роняя на землю искры. А жук стрелой подлетел к двум другим мертвецам и тоже облил их огнём.
