По-русски не говорил, только рычал и саблей грозил порубить секундантов, когда они дуэль хотели остановить.
Я рассмеялся.
— Марья Алексевна, слухи нагло врут, не было никакого горца. Был наш Киж с палашом. Да и махнул им пару раз, так, для острастки.
— А с пятерыми сразу зачем дрался? Жить надоело?
— С одним, только с одним была дуэль. С Фёдором Салтыковым. Вот секундантов с ним прибыло и правда многовато.
— Да? — княгиня посмотрела на меня с подозрением.
— Клянусь, только с Салтыковым сошлись. Да, я ему сломал, кажется, ноги.
Но всё было по правилам.
Марья Алексевна покачала головой.
— Ох, Костя, мог бы и не встревать во всякие приключения. Слухи о тебе один другого сказочней рассказывают. Говорят, ты тайное заклятье знаешь, что противник даже сделать ничего не успевает.
— Если бы. Нет у меня серебряной пули для дуэли.
— Какой пули? — заинтересовалась княгиня. — Серебряной? А как ты её?..
— Это выражение такое, присказка.
Судя по взгляду, Марья Алексевна не поверила мне и пребывала в твёрдом убеждении, что я скрываю секрет “серебряной пули”.
— Ладно, — махнула она рукой, — слухи так слухи. Бери своего Кижа и поезжай — нашла я тебе опричников. Побеседуешь, посмотришь, если понравятся, возьмёшь на службу. Люди там битые, не слишком знатные, но слово держать умеют.
Я кивнул и пошёл за своим “горцем”. Кстати, надо будет запомнить эту шутку. Если одеть мертвеца в какой-нибудь халат или лохматую шапку, и он примется размахивать саблей, то и правда сойдёт за жителя с окраин империи.
Однажды такой фокус может меня выручить.
Глава 36 — Семеро
Ехать пришлось через всю Москву, а затем по Дмитровской дороге до Бутырской слободы. Тряска, лужи, грязь летит из-под колёс, а под конец ещё и дождик начал накрапывать. В общем, так себе поездка, без удовольствия.
— Вот здесь, барин, как заказывали.
Извозчик остановил пролётку возле двухэтажного деревянного дома. Окна, выходящие на улицу, закрыты ставнями, калитка в глухом заборе заперта, а за ней глухо гавкает здоровенная псина.
— Жди здесь, — Киж сурово зыркнул на извозчика и спрыгнул на землю.
Пока мы с Бобровым выбирались из пролётки, поручик несколько раз постучал в калитку. Собака с другой стороны перестала лаять, взвизгнула и сбежала.
— Эй, хозяева, есть кто дома?
В голосе Кижа звучало раздражение. Удивительное всё-таки явление — местные плохие дороги даже мертвецу настроение испортить могут.
Бумс! Киж с силой саданул кулаком по калитке.
