Чем меньше мозг, тем проще манипулировать. Я и сам чую, что начинает мерещиться, что породы на стенах шевелятся, что зыбучие писки ползут. Если присмотреться, только хуже становится.
Всё, пора начинать!
Оглянулся, убедившись, что за мной не увязались. Обвил животное корнями, чтоб не рыпалось. И поразил через глазницу в мозг. Быстрая смерть. Второй глаз оставил целым, он мне пригодится.
Дальше уже дело за духами, которые в тандеме начали тянуть тонкие жилы корней, пронизывая её тело и устанавливая над ним контроль.
Мёртвая жертва, как сказал старший. Но не простая, а управляемая напрямую! То есть уцелевший глаз — это моя камера трансляции. В общем, минут за десять сделали из козы беспилотник.
Через тонкий корень с функцией удлинения по мере необходимости я установил с ней связь. Процесс не из приятных, когда сознание полетело по тоннелю, а в уши ударил треск плоти, я чуть не проблевался.
А когда уже увидел глазом козы самого себя, инфаркт не схватил!
Сознание здесь, в убиенной козе, а тело моё замерло в сидячем положении, будто это восковая фигура.
Спасибо хоть, что глаза закрыл. Корень у меня из голени тянется, жуть какая.
Встаю на четвереньки, пытаясь приспособиться к опорно–двигательной системе животного. Руки неестественно длинные, сегменты не гнуться, как хотелось бы. Млять, у меня это и не руки вовсе, а ноги. Зашибись.
Двинулся дальше уже козой!
А если нить прервётся, я точно вернусь сознанием назад?
— Не переживай, Ярослав. Я же говорил, сознание где и было, здесь только его тень, — утешает дух, голос которого кажется теперь таким тихим.
Хороша тень! Я даже шкурой окружающий мир чую, и слышу. Всё такое огромное и шумное. Скребётся кто–то в породе, перестукивают мелкие лапки, писк слышен. Цокаю по породе опасливо, следом волочится шуршащая верёвка и тянется связующая жила. Неуклюжий шаг постепенно сменяется нормальным. К линзообразному искажению я тоже привык, да и темень не помеха, кольцо «Светлячок» передаёт эффект и в тело козы.
Тоннель расширяется, уходя всё ниже.
По сторонам местами выдолблены шахты, но видны тупики. Следы, что я чую теперь своим острым обонянием, уводят влево. Начинаю чувствовать приятный запах травы, а вскоре уже вижу, как проход застилается сочной зеленью. А мне как раз сильно хочется жрать, пустота в желудке невыносимо болит. И я спешу весело да вприпрыжку. Верёвка и корень волочатся следом, и они дико раздражают!"
"Хочется пощипать травы, а она как–то неестественно перетекает дальше.
