Что ему эта пещера камнерезов после такого?
— Что вы тут болтаете попусту, — вмешался Борис ворчливо. — Я свою кровь дам.
Заявил и без всяких церемоний подошёл к алтарю. Резанул по ладони ножичком, который за пазухой прятал. Хм, стоило бы его обыскать заранее. Хотя он и так здесь налегке по сравнению с нами.
Накапал из раны немало, я бы точно столько не отважился отдать.
Стоим и смотрим все на алтарь, затаив дыхание.
Чуда дождались буквально через минуту! Когда внезапно появился звук, будто через трубочку всасывают остатки сока.
Мерзкий, что уши в другую трубочку заворачиваются! Кровь с чаши быстро исчезла, красным загорелись дырки вместо глаз у статуи, а затем напротив мостиков заблестело что–то под стенами, и стали разгораться бледно–розовым светом выдолбленные каналы. Медленно, но верно свет, будто вода, стал течь от трёх источников внизу к центру по дорожке, заворачивая и извиваясь так, как диктует лабиринт, но по кратчайшему пути добираясь до рисунка.
Дойдя, свет отчертил круг и… всё на этом.
Ждали ещё минуты три, затем Борис заявил:
— Надо больше крови и замахнулся резать себя ещё.
— Стой, — остановил его я. — Похоже, нужна кровь того, кто относится к этому знаку. То есть моя.
Все молча согласились. Я потеснил Бориса с алтаря и, отважившись, порезал себя кинжалом, в надежде, что Леночка помыла его хорошо и с мылом. Опустевшая чаша сразу жадно впитала первые же капли без следа.
И тут же пошла движуха! Лабиринт теперь засиял уже в толщину, свет стал расползаться более щедро.
И мне даже показалось, что не просто случайной траекторией движется, а выдаёт некую историю.
А ещё почудился в узорах направляющийся в направлении знака паук, который справа пошёл до своей паутины. А слева, синхронно пауку, по лабиринту змея поползла к дубу!! Совпадение? Не думаю…"
"— Что за бесовщина, — ахнула Дарья, вероятно, тоже заметив анимацию.
Новая порция энергии от крови дошла до кольца, обрамляющего знак. И я затаил дыхание. Дуб внутри стал разгораться уже зелёным, постепенно наполняя все веточки, а паутина красным.
Как все каналы заполнились внутри рисунка, появилась точка на паутине, подсвеченная золотым! В одном углу шестиугольной фигуры, которая в центре, засияла точка, что полярная звезда.
Я подскочил к ней, вынимая брошь, и уже приноровился было прислонять. Но!
Она погасла в следующий миг, и стало тускнеть всё остальное в обратном порядке. Пока свет полностью не схлынул в комнате, оставляя скудное оранжевое освещение факелов.
