В Каменцах живенько, народ уже вовсю шастает. Хотел прямо проскочить, на рынке потасовка какая–то. Дурное предчувствие туда и поманило. А всё потому, что углядел шкурки белок и волосы чёрные, как смоль.
Со стороны берега в конце рядов собралась стража в семь человек и зевак чуть больше. Окружили Гайянэ, которая с телегой обосновалась, где у неё шкурки добытые. Хм, прошло чуть больше недели, а она уже и здесь маячит. Смело! И неразумно.
Мнительный люд сразу же наехал на неё.
— Убирайся на свой Эльбрус! — Кричит какая–то истеричная бабка.
— Изгоям здесь не рады, — поддакивает мужик."
"— Торговать без ведома нельзя, — лезет стражник к шкурам, но Гайянэ встаёт у него на пути.
— Мне сказали, что без лавки можно, если никому не мешаю! — Заявляет.
— Кто тебе сказал? — Усмехнулся один из стражи.
— Другая ваша смена! Я рубли заплатила за это…
— Не бреши! Товар конфискуется в пользу княжеской казны! — Объявляет самый наглый на вид стражник, вероятно, старший смены.
— Не отдам! Моё! — Щетинится девушка, доставая кинжалы.
— Смеешь на княжескую дружину нападать⁈
— Так! — Обозначаюсь я с седла. — Что здесь происходит⁈
Люд шарахается, перешёптываясь:
— Это же Ярослав, Ярослав тот самый… Ижеслава в кулачном бою одолел, упырей на смерть руками забил…
Стражники в лице сразу меняются. Некоторые расплываются в лебезящих улыбках.
— Ваше благородие, да вот чернявка бунтует. Люд наш смущает своей рожей, — залепетал один.
— Рожей? — Удивляюсь я. — Ты свою–то видел, свинота небритая? У девушки лицо, причём вполне привлекательное.
Смотрю на неё, она на меня хмуро. Не оценила.
— Да что ты барин, — охает второй стражник. — Это ж изгой с Эльбруса, она ж за половцев. Гадина шпионить вздумала.
— А ну цыц! — Рявкнул я. — Это жительница моей деревни, у неё и свой дом есть. А что до половцев, она лично штук пятьдесят при мне прирезала недавно. Пленных помните, каких Зоран привёл?
— Да… Ага…
— Вот это те, каких от неё спасти удалось. Она заслуженный воин, за которого я ручаюсь.
Или вы, морды небритые, хотите мне что–то возразить?
— Нет, Ярослав!
— Куда нам, ваше благородие! — Замялись сразу.
— А ну брысь отсюда службу нести! — Прикрикнул. — Рэкетиры чёртовы.
Все сразу и разбежались.
Гайянэ смотрит с укором, коня моего придержав. В платье светлом, с чёрной косой с глазами чёрными сочными да румянцем смотрится сногсшибательно.
— А ты уважаемый воин здесь, — говорит с некой претензией. — Хоть и юный ещё.
